Если бы еще и мозг отключить получилось, чтоб он не думал, не фантазировал и не моделировал развитие отношений, была б совсем красота…
***
Утром просыпаюсь рано. Будит шорох за дверью.
Родители собираются на работу. И пусть стараются двигаться тише и разговаривать шепотом, это ситуации не меняет.
– Всем доброе утро! – позевывая вываливаюсь из комнаты.
– О, Ксюшка, ты чего спозаранку? – папуля подходит ближе и по старой привычке лохматит мои и так взъерошенные волосы.
А вот сам выглядит прекрасно. Светло-голубая рубашка, темно-серый костюм, короткая стрижка, идеально выбритый подбородок.
– Не знаю, па, – пожимаю плечами, – может, от кровати отвыкла?
– Ага-ага, еще скажи, что пух в подушках неправильно лежит! – хохмит он, подмигивая.
– А что? – подыгрываю. – Вполне возможно. По фэншую для глубокого сна носики перышек должны смотреть строго на восток, навстречу восходящему солнцу.
– Да ты что? А у нас дома на запад поди?
– Не проверяла, – смеюсь.
– Ну слава богу, – крестится он.
– О, дочь, доброе утро! – мамуля выныривает из кухни. Тоже уже при параде: изумрудного цвета блузка с бантом, светло-серый в клеточку сарафан. – А я тебе на столе записку написала, чтобы ты, уходя, ничего не забыла.
– Привет, мамик! – давлю зевок и чмокаю ее в щеку. – Что я не должна забыть?
– Ну как что, Ксюшка?! Я ж тебе еще вчера говорила. Пару пакетов с мантами домой забери. Они в морозильнике на верхней полке.
– Да куда столько?
– Как куда? Александра угостишь и… – слегка морщит лоб, что-то припоминая, а когда ей удается это сделать, широко улыбается, – и Павла, конечно же. Парень такое важное дело делал, пока вы отсутствовали: за батареями следил. А если б они разморозились и рванули? Жуть же! Представляешь, полы разбухшие вскрывать и весь новенький ламинат по новой менять? И это зимой! Мы с отцом однажды с таким кошмаром по осени столкнулись. Да, Дим? Врагу не пожелаешь.
– Согласен, милая, – папуля подходит к маме и нежно целует ее в уголок губ, – опыт не самый приятный, – и уже мне. – Так что, Ксюнь, не спорь с мамочкой, корми обоих мужиков мантами. Если заценят, налепишь им еще.
И улыбается широко и довольно.
– Вот вы хитрые оба! – упираю кулаки в бока. – Мужики, значит, оценят, а лепить добавку мне?
– У тебя всегда остается вариант устроить мастер-класс… – папка смешно играет бровями. – Посадишь одного Звягинцева с одного боку, другого с другого и проведешь урок лепки.
– Ой, всё, шутник! – отмахиваюсь. – Беги на работу. И ты, мамуль, не опаздывай. Я потихоньку позавтракаю, соберусь и тоже к себе поеду.