Эмилия Грин
Сладкая горечь
Сахарная и Темный двадцать лет спустя…
*Рассказ описывает события, происходящие параллельно с событиями романа «Его одержимость*
Пути господни, в самом деле, неисповедимы – кто же знал, что у нас с Артемом будут романтики в тюрьме?! И то, при условии, что мой драгоценный муж не прогонит меня…
Глава 1
POV Александра Апостолова
Толя не подвел, довольно скоро выбив мне полноценное свидание с возможностью остаться у Артема на ночь, хотя, я догадывалась, что муж будет против.
В последнее время наши отношения окончательно разладились.
И, если на первых свиданиях Артем преимущественно отмалчивался, буквально олицетворяя собой пассивную агрессию, то на последнее он вообще не явился. Поэтому и пришлось прибегнуть к помощи вездесущего Игнатова, разумеется, заранее не предупредив Темного о моем визите.
Сюрприз!
Пути господни, в самом деле, неисповедимы – кто же знал, что у нас с Артемом будут романтики в тюрьме?! И то, при условии, что мой драгоценный муж не прогонит меня…
Хотя нет ничего невозможного, когда ты наглухо отбитая – вот даже в местах не столь отдаленных не даю ему расслабиться.
И нигде.
Скованные одной цепью… Связанные одной целью… Куда ниточка, туда и иголочка. Три ха-ха.
… Я шла по узкому тюремному коридору, стараясь не отставать от конвоира.
Одно радовало – это не обычная колония и попасть сюда уже было в каком-то смысле удачей после того, как мой супруг принял весь удар на себя.
Не удар. Нокаут, сбивший всех нас с ног по вине одного мстительного ублюдка.
Вере удалось выяснить, что наш враг – никто иной, как сын того самого Полянского, долгие годы скрывающийся под личностью другого человека.
Расчетливая лживая мразь.
Зло, рожденное от зла, и пропитавшееся, прогнившее своей местью насквозь.
Такой же, как его кровожадный отец.
Теперь моя дочь находилась у него в заточении.
Однако я не теряла надежду, что Вера сумеет его переиграть.
Моя сильная, не по годам мудрая девочка, я верила, что у нее получится, и совсем скоро наша семья воссоединится. Хотя, в глубине души я понимала, что как раньше уже не будет…
Ничего. Никогда.
… Конвоир подошел к камере Артема, скользнув ничего не выражающим взглядом по пакету в моих руках.
Замерев, я быстро развернула пакет, позволив моложавому бритоголовому мужчине беглым взглядом оценить его содержимое – книги, фрукты, сладости – ничего лишнего, ничего запрещенного. Я ведь не могла прийти с пустыми руками.
Едва заметно кивнув, он повернулся к двери, приложив к черной панели сбоку от косяка пластиковую карту-пропуск и, открыв ее, пропустил меня вперед.