И они появились минут через десять. Все кривые, косые, раскидывающие искры во все стороны и двигающиеся так, словно все поголовно только что перенесли инсульт. Это максимум, на что меня хватило.
— Так дело не пойдёт, — скривился Недри. — Вот смотри, — одна из его зелёных пешек быстро выдвинулась вперёд, замерев в центре игрового поля. — Выводи сюда всех своих пешек и пускай они нападают на мою.
С трудом заставил своих инвалидов броситься в бой, чтобы всего одна пешка Недри разгромила их в сухую. Мои даже ни разу не смогли нанести удар. Даже искры, и те отлетали в другую сторону.
— Насколько я знаю, в шахматы так никто не играет. Есть чёткие правила, которых необходимо придерживаться, — попытался отмазаться я, но Недри был непреклонен и заставил меня заняться созданием более подходящих фигур.
Это отчего‑то меня так разозлило, что я даже не заметил, сколько пролетело времени, когда на доске стояли ровные ряды вытянувшихся по стойке «смирно» молниевых солдат. Один краше другого, можно было разглядеть даже самые крошечные детали их обмундирования. А офицеры и вовсе получились такими, что самого гордость взяла. Деревяшки Недри и рядом не валялись с моими красавцами. Вон и королева уже начала кокетничать с вражеской командой, показывая им всякие непристойности. У них даже зелёные слюни потекли.
— Не ожидал, что тебе удастся найти общий язык с верховным богом моего внутреннего мира. И сразу понятно, откуда такие успехи, — раздался голос Таофея, заставивший проскочить Недри и окружить нас тучей ядовитых иголок.
Но видно Таофея не было. Только его голос — и больше ничего.
— Не собираюсь я лезть в твою обитель. Мне и прошлого раза хватило. Потом замучился иголки из задницы доставать. Мог бы сделать их не такими зазубренными.
— Мало там было зазубрин. Я потом ещё несколько лет сожалел, что не сделал больше, — выплюнул Недри. — Чего нужно от Лао? Раз видишь, что его обучение идёт очень хорошо, отвали и не мешай. Дай мне сделать то, чего не в состоянии сделать ты. И ещё раз назовёшь меня богом, я устрою тебе апокалипсис. Будешь потом несколько веков восстанавливать разрушенное.
Ответом стал громкий смех, которым нас придавило к полу. При этом все иголки разлетелись по сторонам, превратив стены в доме Недри в решето. Словно кто‑то сильно больной на голову решил поклеить обои из ежиных шкур.
— Даже не представляешь, как я счастлив, что именно ты стал первым жителем моего внутреннего мира. Я знал, что ты поможешь мне с учениками. Знал, что Дия просто исключение. Слишком она похожа на меня.