Тварь была жива, и она была в ярости. Но теперь стала неповоротливой, скованной льдом.
Идеально.
Моя правая рука уже лезла за второй гранатой. На этот раз пальцы нащупали холодный чугун «огурчика» — осколочную. Не время жмотиться.
Пока монстр бьётся в цитрусовой каше, пытаясь встать на опорные лапы, я выдёргиваю чеку второй гранаты.
Цель теперь проста. Открытое брюхо.
Один точный бросок. Граната покатилась по полу и замерла прямо под приподнятым сизым брюшком твари.
Вторая вспышка. Хлопок. Сочный, влажный звук рвущейся плоти и хруст ломающегося хитина. Тварь отшвырнуло, разрывая в клочья.
В ушах раздался сильный звон, перекрывающий другие звуки. Только где-то вдалеке, за пеленой паутины, доносился яростный лай Гая и приглушённые крики Петра.
Я опёрся на колено, пытаясь отдышаться. Левая рука всё ещё висела плетью, но в пальцах уже ползло противное игольчатое покалывание. Дебафф таял. Магия ещё не вернулась, но хоть тело начинало слушаться.
Гай, кажется, просунул морду сквозь нижний край паутины и яростно её рвал. Скоро товарищи будут здесь.
Интерфейс полыхнул, выдав предупреждение, и наконец застыл в привычном, полупрозрачном состоянии.
[Срок действия: 0 минут, 03…02…01…]
Дебафф исчез. По левой стороне тела разлилось мучительное тепло, сменившее ледяное онемение. Я попытался сжать кулак, и пальцы послушно согнулись. Работало.
Со стороны входа раздался громкий треск рвущихся нитей и победный лай. Гай влетел в помещение, смешно перебирая лапами на уцелевших лимонах.
Он мгновенно нашёл меня, ткнулся мокрым носом в шею, облизал щёку и, фыркнув, развернулся к дымящимся останкам твари. Болотный вывертень, низко опустив голову, издал грудной рык, на всякий случай.
Следом, раздвигая клочья местами обледеневшей, а местами обугленной паутины, показался Пётр. Он мгновенно оценил обстановку: меня на коленях, развороченный склад и цитрусово-кровавое месиво на полу.
— Жив? — спросил Юсупов без предисловий.
Однако в его голосе слышалось такое облегчение, что мне стало почти неловко.
— Пока да, — хрипло ответил я, с трудом поднимаясь на ноги.
Левая нога дрожала, но держала, с каждой секундой возвращаясь в нормальное состояние. Пётр кивнул, и его взгляд скользнул к моему поясу, где не хватало двух гранат.
— Экономно, — сухо констатировал он. — Но глупо.
Я усмехнулся, вытирая лицо рукавом.
За спиной Юсупова уже слышались тяжёлые шаги и перекличка. Остальная часть моего отряда пробивалась сквозь паутину. Увидев меня целым, а тварь мёртвой их напряжённые лица немного расслабились. Самый крупный боец бросил быстрый взгляд на останки.