Одна луна всё также прекрасна. Она отбрасывает мягкие серебристые лучи на поверхность земли, а вот вторая — маленькая — уже практически полностью окрасилась в алый цвет. Жуткое зрелище, и почему я вообще забыл про это?
— Погодите-ка, — я вдруг поймал себя на мысли о том, что только дикари и я хоть как-то упоминали о том, что малая луна ведёт себя очень странно. Почему практики молчат? — Никто ещё мне не сказал о том, что луна покраснела. Странно, нужно будет завтра спросить об этом Саймона, сделаю это осторожно, просто упомянув вскользь.
Вернулся на кровать и приступил к изучению справочника, где указано очень много самых разных лекарственных трав. Сейчас необходимо каждую свободную минуту посвятить практике и зубрёжке. Так как я являюсь практиком на пике стадии мёртвой плоти, моя память стала куда глубже. Мне не составит труда запомнить сотни, а то и тысячи лекарственных трав, их свойств и примерное местоположение, где те могут прорастать и даже на каком типе почвы. Просто нужно потратить время.
Прижался спиной к стене и, держа буклет перед собой, бегал глазами по строчкам в попытках запихнуть в себя кучу знаний. Спустя час отложил его на тумбу, что стоит рядом с кроватью и принялся практиковаться в поглощении небесной энергии. Хоть и хотелось уже спать, так как сегодня я пережил довольно утомительную ночь, я продолжаю настаивать на практике.
Достигнув десятой ступени, уже научился формировать более плотную руку, состоящую исключительно из силы мысли. Она более подвижная, может ловко ловить изворотливые частички, и постепенно я начал усложнять эту «охоту» за небесной энергией. В мыслях гуляло формирование палочек для еды, которые рука зажмёт и таким образом смогу совершать более точные и резкие движения, не давая частичкам возможности убежать.
На деле оказалось не всё так просто. Мало того, что палочки постоянно рассыпались на мелкие кусочки, из-за чего медитация прерывалась, так ещё и держать их было невероятно сложно. Они то проваливались сквозь руку и тем самым распугивали энергию, что плотным строем вырывалась из амулета, что висит у меня под сердцем, то разбивались о сами частички, словно они сделаны из хрупкого стекла. Подобные манипуляции жутко истощают мой мыслительный ресурс.
Прервал глубокую медитацию и, завалившись на спину, чуть ли не провалился в сон. Перед этим ещё раз проверил свои раны и, на удивление, старая кожа сошла струпьями, на смену ей пришла розовенькая, словно у младенца. Она ещё нежная, и любое грубое воздействие нарушит тонкий слой, но скорость регенерации пугает, если честно.