— А как же кофе и круассаны? — спросила Кира.
— Зацепим по дороге! А еще я свожу вас там в лучшую лапшичную во всей сфере! Мне когда-то показали её мои друзья из Капитолия! — сказал я им.
— Познакомишь нас с ними? — спросила Кира. — Мне хочется знать твоих друзей!
— Увы, я не смогу это сделать. — ответил я.
— Почему же? Ты нас стесняешься? — продолжала допрос Фрост.
— Вовсе нет! Просто мои друзья мертвы… Их убили…
ОТ АВТОРА: Друзья! Поддержите пожалуйста третий том вашими лайками и библиотеками! Заранее спасибо!
САМОЛЁТ.
РЕЙС НИЖГРАД — КАПИТОЛИЙ.
Самолёт летел очень спокойно. Никакой тряски, а за иллюминатором бескрайнее море из пушистых облаков. Я сидел у иллюминатора, прижавшись лбом к холодному стеклу, и смотрел вниз. Я снова летел обратно в столицу.
Вспомнился тот день, который начался ещё не в Сфере, а там, в прошлой жизни. Потом лаборатория профессора Клюева, когда они перенесли моё сознание. Тогда я не до конца осознавал, что происходит, потом открыл глаза и увидел обычный белый потолок. Всё было впервые в этом мире, а уже привычно. Только вот учёных рядом больше нет. Клюева и Гришина убили и я обязательно отомщу за это.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
СИСТЕМА.
СОСТОЯНИЕ: НОСТАЛЬГИЯ С ПРИВКУСОМ ТОСКИ.
РЕКОМЕНДАЦИЯ: СМЕНИТЬ ФОКУС НА ПОЗИТИВНЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
— Спасибо, — мысленно усмехнулся я. — Ты прямо психотерапевт, шайтан-машина.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
СИСТЕМА.
ОТВЕЧАЮ: ЕСЛИ ВАМ СТАНЕТ ПЛОХО — ВЫ ЗНАЕТЕ, КУДА ОБРАЩАТЬСЯ.
⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘
Рядом, на среднем кресле, посапывал Карл. Он сидел, откинувшись на спинку, с открытым ртом и храпел. Бедняга такое тут пережил.
Всё началось банально. Когда мы только набрали высоту, Карл вцепился в подлокотники с бешеной силой.
— Карл, ты как? — спросил я, отрываясь от окна.
Он не ответил. Только сглотнул, да так громко, что это услышали три ряда от нас в обе стороны.
— Карл? — позвал я парнишку еще раз.
— Я… я не хочу умирать… Я еще молодой… Так мало видел в этой жизни… — выдавил он.
— Ты что, чудной? Ты не умираешь, а летишь!
— Это пока лечу! А если мы разобьемся⁈ Я же обязательно умру! А я жить хочу — продолжал он истерику.