— Да, у меня все в порядке, а что?
— Ну, просто… Только, что к нам приходил какой-то странный человек, он спрашивал тебя. Он сказал, что он твой знакомый по имени Захар, но он…
Бля, похоже, этот урод до моих родителей добрался! Нет, ну не сука?
— Мама, продолжай, что — он?
— Он мне совсем не понравился… Какой-то очень страшный, как смерть… Ты во что-то ввязался, сынок, скажи мне? — после этих слов она заплакала.
Вот только этого мне не хватало… Да, весело, блин, нечего сказать.
— Успокойся, он не страшный. Я никуда не ввязался, так что все нормально. Давай, я завтра заеду и все расскажу, хорошо?
— Хорошо, — ответила она, и я отключился.
Так, а чего за окном-то темно, сколько там у нас времени? Восемь часов вечера. Это получается, что я целый день проспал? Нормально. Хотя такое ощущение, что даже и не ложился совсем, чувствую себя как развалина. Я посмотрел на кресло, из которого на меня смотрел Тоторо, — сегодня взгляд у него был серьезным как никогда. Я сел на кровати, и мои виски сдавило тисками. Так дело не пойдет, нужно таблетку от головы выпить. Я хотел встать с кровати, но в этот момент телефон зазвонил вновь. Левый номер. Странно. Ошиблись? Все может быть.
— Алло.
— Привет, сучонок.
Меня окатило холодной волной. Он мог бы даже не представляться, одного его голоса было достаточно. Наверное, примерно так разговаривала бы могила, если бы умела это делать. Странные ощущения. От этого голоса одновременно несло холодом, смертью, кровью и болью… Сложно объяснить, но это было именно так. Разумеется, мне не нужно было долго раздумывать, кто бы это мог быть и все такое. Я отлично знал, кто это звонил, и двух мнений здесь быть не может, для этого мне даже мое шестое чувство не понадобилось. Игра вышла на свою финишную прямую, и только что был дан ее старт. Вот только напрасно этот урод почему-то думает, что он уже выиграл, а в том, что он считает именно так, я даже не сомневался — слишком уж разная у нас с ним весовая категория. Но это еще ничего не значит, для этого есть золотое правило — чем больше шкаф, тем он громче падает.
— Сучонка увидишь, когда в зеркало смотреть будешь, — ответил я вампиру.
— Борзый? Люблю таких, — сказал он. Голос у него был необычный, какой-то далекий — чем-то напоминал шелест листьев под сильным порывом холодного осеннего ветра. — Ну, тем интереснее. С детства душить котят не люблю — скука смертная, а так какое-никакое веселье намечается, правильно? Ты как насчет немного поразвлечься, «змей», не против?
— Да нет, — выдохнул я. — Кто же против хорошего развлечения? Люди такие существа, что от хлеба и зрелища еще никогда не отказывались, а тут редкий шанс представляется не только понаблюдать, да еще в нем и поучаствовать — кто же откажется?