Шедший сзади Володя Горин решил тоже поучаствовать в беседе.
— Кеша, ты ж только что из Союза. Надо было с девушкой последнюю ночь провести более плодотворно.
— Вова, ты не о том думаешь, — поправил я Горина.
И оказался прав. Конечно же, наш Кеша думал в эту минуту только о еде. Вкусной и питательной.
Заняв места в автобусе, мы начали движение колонной из 8 транспортных средств. Впереди ехал бронетранспортёр с поднятым флагом Сирии. За ним три внедорожника японского и британского производства. И только потом ехал наш автобус.
Правда, недолго. Перед самым КПП нас остановили и заставили всех выйти. Сирийские солдаты, вошедшие в салон, были уж слишком нервными.
— Что случилось? — спросил я у одного из офицеров.
— Проверка идёт, — на ломанном русском ответил он и продолжил повторять эту фразу несколько раз.
За нами уже образовалась пробка, а следовавший транспорт впереди ждал нас за воротами КПП.
Пока сирийцы проверяли автобус, появился Казанов. Он подошёл к офицеру и заговорил с ним на арабском. Я подметил, что половину слов могу разобрать. Не забыл знания из будущего.
— Пропускайте. В чём проблема? Мы здесь по договору, подписанному с президентом Асадом, — говорил Виталик.
— Мы проведём проверку, и вы поедете.
Только он это сказал, как все солдаты вышли из автобуса и пригласили всех войти. Виталик внимательно смотрел по сторонам, хмурясь с каждой секундой всё больше.
И мне было совсем не по себе от его задумчивого взгляда.
Наконец, мы заняли места в автобусе и выехали за пределы базы. Пустынный и холмистый пейзаж провинции Хомс напоминал Афганистан. Не хватает только величественных гор.
С каждой секундой, пока мы удалялись от КПП, меня не покидало тревожное чувство.
— Вот же сирийцы! А ведь другие машины не проверяли, — возмутился Кеша.
И это было абсолютной правдой.
— Чья сумка на моём сиденье? — произнёс Лагойко, и это стало последней каплей.
Нехорошее предчувствие не давало мне покоя.
— Останови автобус! — крикнул я водителю.
Транспорт резко повело, а следовавшие сзади машины чуть было не собрались в «гармошку». Весь лётный состав смотрел на меня с удивлением и непониманием.
— Саныч, приспичило? Я бы тоже сходил… — начал говорить Кеша.
— Все выходим. Быстро! — начал я выгонять парней на улицу, но не сразу большая часть вкурила, что происходит.
Пришлось сказать ещё раз и погрубее. Тут уже все поняли.
Я вышел последним и направился в сторону машины Виталика.
— Нам нельзя тормозить. Ты чего устроил, Клюковкин? — спросил Казанов.
Только я собирался ему ответить, как за спиной буквально разорвало воздух. Меня будто кто-то толкнул в спину, и я налетел на Казанова. Затылок обдало жаром, а уши слегка заложило.