— Два блока НАРов С-8 и по четыре «Штурма» можно взять. У вас всё равно ещё пушка будет. Так что на скоротечный бой хватит.
На этом мы подготовку к операции завершили. Отбой был рано, поскольку планировалось начало на раннее утро. Но мне не спалось. Мысли слегка путались, поэтому я решил выйти из душной палатки подышать в курилку.
Когда я вышел на улицу, обнаружил что в беседке уже кто-то есть. Подойдя ближе, узнал в ночном собеседнике… командира полка Бунтова.
— Леонид Викторович, доброй ночи, — подошёл я, и Бунтов резко на меня повернулся. Было видно, что он слегка взволнован.
— Заходи, Сан Саныч. Посидим, — ответил командир полка.
Я сел напротив него и заметил, что Бунтов уже выкурил достаточно сигарет. Ещё и полез в карман за новой пачкой «Космоса».
— Тебе чего не спится? — спросил у меня Бунтов.
— Думаю много. А вы?
— И я так же. Ну ещё и курю, — улыбнулся командир полка.
Мы минуту сидели с ним и просто молчали. Сам Бунтов достал очередную сигарету.
— Он от тебя не отстанет, Саша. Я знаю этого Мулина. Будет делать всё, чтобы очернить. Будь осторожен.
— Чем я ему так не приглянулся? — спросил я.
Бунтов затянулся и выпустил дым.
— Ты молодой, перспективный. А он почти что списанный лётчик. Я был с ним на ВЛК в госпитале в Сокольниках. Его чуть не списали. Есть там одна дама по имени Белла. Зверь женщина, хоть и шикарной внешности.
— Но не списали же.
— Я же тебе говорю — почти списали. На его счастье в Сирию отправили. Сказали, чтоб через год приехал на повторное. Там уже его спишут точно. И он это знает.
— Я к его ВЛК каким боком?
— Никаким. Простая зависть. Он так ко всем. Ну а ты ещё и не струхнул перед его погонами. Тут Антона Юрьевича и зацепило.
Теперь хоть знаю, как этого Мулина зовут.
Утренний подъём был относительно спокойный. Каждый из лётчиков вставал молча. Никто даже тапки свои не перепутал.
На улице было ещё темно, когда я заканчивал умываться. Чуть дальше несколько человек «высиживали» над ямой вчерашний ужин, мило перешёптывались между собой о прелестях обычных сельских туалетов.
— Сан Саныч, наш план какой? Летим в Хаму вместе со всеми или после начала операции? — поинтересовался Кеша, догоняя меня около палатки.
— Со всеми на Хаму. Перелетаем и сидим в готовности, — ответил я, развешивая полотенце и начиная одеваться.
Кеша задумался, посмотрев на карту. Думаю, что он не хуже меня понял — Мулин зря так сделал. Как только заместителя командующего не пытались переубедить, он всё стоял на своём — экипаж ПСО и его сопровождение сидят в Хаме.
— Командир, я всё понимаю, что товарищ полковник руководит операцией. Но ничего…