Я ничего не отвечаю. Я бы и рада поучаствовать, но не представляю, как. Поэтому все последующие несколько дней старательно гоню мысли о Журавлеве и его дочери из головы.
А потом внезапно сталкиваюсь с Евсеем дома у Николаевны.
– Добрый день, Варвара, – Евсей, что удивительно, здоровается первым.
Но несмотря на проявленную вежливость, чувствуется негативный настрой. Он проявляется во взгляде, таком же неприветливом, как и несколько дней назад. В голосе, звучащем глухо и мрачно. В напряженных желваках и венах, выступивших на шее.
– Здравствуйте, – киваю и пытаюсь пройти мимо.
Мое дело – хозяйство, сын Николаевны ко мне отношения не имеет. Вот и нечего на него реагировать. Но крепкая рука не позволяет. Перекрывает дверной проем, и я от неожиданности врезаюсь в нее грудью. Ухаю. Поднимаю глаза на Журавлева, хмурюсь.
Чего ему?
– У меня к тебе дело, – цедит Евсей.
Опять обвинять возьмется?
– Не желаю иметь с вами ничего общего, – жму плечами. Хватило мне прошлого раза, с лихвой. Но последнее не озвучиваю.
– Это взаимно, Синичкина, – рычит он. И я чувствую, как вибрация проходит в меня через все еще протянутую руку Журавлева. – Но ты последний мой шанс, а ради дочки я готов пойти на все и на даже большее.
Причем тут Ульяна? У него же одна дочь, я правильно понимаю?
– Вообще не улавливаю связи, – делаю наконец шаг назад и перестаю соприкасаться с Евсеем. Кожу почему-то покалывает, как после долгого контакта с горячей печкой.
– Варя, выслушай его, пожалуйста, – со спины появляется Николаевна.
Все эти дни она нет-нет и вворачивала что-нибудь хорошее про сына. Не прямо в лоб, а хитренько так, вроде к слову приходилось. Но зерна сомнений во мне зародить смогла. И вот уже Журавлев в моем представлении не последний хам и мерзавец, а человек, вполне заслуживающий сочувствия.
– Только ради вас, – бурчу недовольно и вместо кухни сворачиваю обратно в комнату.
Слышу, а скорее чувствую, как Евсей двигается следом. Он ощущается, как грозовая туча, которая подошла слишком близко. Маленькие волоски наэлектризовываются и встают дыбом, под кожей хаотично курсируют микрозаряды. Все тело словно готовится отражать атаку. И она не заставляет себя ждать.
– Варя, нам с Ульяной очень твоя помощь, – скрипит Журавлев. Я прямо вижу, каких усилий ему стоит произнести это. Буквально приходится выталкивать из себя по звуку. Герой, чего уж там.
Зависаю ненадолго. Моргаю. Мысли в ступоре разбегаются.
– В квартире убрать? – выдаю самое на мой взгляд логичное. – Или приготовить?
– Это обязательно, но в качестве побочного эффекта, – хмыкает зло. – Нам с тобой нужно пожениться. Только это угомонит ненормальную опеку и заставит заткнуться Эльвиру. Кроме отсутствия жены и аморального образа жизни у меня придраться не к чему, я говорил с адвокатом. Поэтому фиктивный брак – идеальный вариант, как и говорила мать. Ты выглядишь, как приличная домашняя девушка, глаза опять же эти твои огромные и якобы невинные. Такие не заподозришь в обмане. Короче, ведьмам должно понравиться. Тем более, по хозяйству ты вроде как справляешься, а значит дома будет чисто и вкусно. Сплошные плюсы, – презрительно кривит губы.