Да все люди такие, не умеют подозревать ближнего на пустом месте… Пока по морде от него не получат.
Я прислушался к далекому жужжанию, и обернулся. Меня догонял груженый ровер. Поравнявшись со мной, вездеход остановился.
Мне казалось почему-то, что за рулем устроился Паха, однако я сразу углядел красно-желто-черный шеврон на рукаве скафандра.
Клосс. Тоже «темная лошадка». А если он работает с Энтони в паре?
— Садись, — спокойно сказал Гельмут, — подвезу.
Он правильно понял мое замешательство, но даже не улыбнулся в ответ на опаску.
— Слышал твой разговор с командиром, — прояснил он положение с немецкой обстоятельностью. — Я был и остаюсь сотрудником Штази. Поехали… Михаель Шлак! Детали — по дороге.
Облегченно выдохнув, я залез на сиденье рядом с водительским, и ровер тут же набрал скорость.
— Мы начали следить за Вудро лишь в последнюю неделю, — неторопливо излагал Клосс, — но операция прикрытия, которую затеяла МИ-6, оказалась поистине идеальной, не подкопаешься. У нас были подозрения, да, но ни одного реального доказательства, лишь пара косвенных улик. Ну-у… Да, мое руководство не поставило в известность КГБ, что небесспорно, но объяснимо — никто не любит признаваться в недостатке профессионализма. С другой стороны, я даже рад, получив задание. Когда бы еще удалось погулять по пыльным тропинками далеких планет!
— Повезло! — фыркнул я.
Ровер объехал рощу каркасников, и остановился, не доезжая метров сто до посадочного модуля. Спрыгнув, я спросил отрывисто:
— Кто сейчас на борту «Авроры», кроме Сполдинга?
— Бельский, Шарли и Рута, — перечислил Клосс.
— Рута — офицер спецназа, хоть и в отставке.
— Кру-уто… — уважительно затянул Гельмут.
— Но не круче сорок пятого калибра!
Я первым вскарабкался в кессон «Эос» — мы даже не упоминали о старте, о полете. Всё и так было предельно ясно.
— Занимайте места согласно купленным билетам… — прокряхтел я, восседая один на весь обитаемый отсек, а Клосс протиснулся в пилотскую кабину.
— Внимание! — толкнулось в динамике интеркома. — Приготовиться!
Я сидел, тихо мечтая всего о двух вещах — снять этот чертов скаф и завалиться спать. Увы, оба моих сокровенных желания были невыполнимы. Совершенно…
Где-то подо мной или сбоку раскручивались турбины, шумело, перетекая, рабочее тело, щелкали реле и прочая автоматика.
— Старт!
Обвальный грохот ударил по ушам, как замедленный взрыв. Всё вокруг меня и подо мной мелко задрожало, качнулось — и стронулось с места. Взлёт!
«Движение вверх…» — мелькнуло у меня. А вот и перегрузка пожаловала. Насела, надавила бегемотьей тяжестью…