Но это его не убило. Я и он перенеслись в Серое пространство, из которого невозможно выйти, пока один из нас не умрет. Это моя родовая магия, доставшаяся мне по линии отца. Как раз из-за Гастэло меня называют Могильным Волком.
Только Гастэло исчез, и я сразу оказался вместе с усатым в Сером мире. Это название дал этому месту я сам. Всё вокруг не изменилось — мы всё также на площади Ленина, но нет никаких людей, скелетов и некромашин. Только здания, земля и тотальная серость. Время для нас обоих остановилось — мы можем драться хоть сутки, но в реально мире пройдут буквально секунды.
Правда, не хотелось бы оставаться в Сером мире надолго — чем больше я здесь, тем больше жизненной силы потрачу. Основные затраты ушли на призыв Гастэло, но всё же в Сером мире лучше не задерживаться.
— Пространство Гастэло, — произнес усатый не очень радужно. — Родовая магия семьи Могильниковых, что призывает пасть призрачного волка Гастэло и переносит в особое пространство для смертельного боя.
— Ого, ты знаешь про Гастэло, — удивился я. — Его имя знают немногие. Кто ты такой?
— Я Петр Кощеев, — ответил некромант. — И я отсюда выберусь.
— Только через мой труп.
Эта фраза была не фигурой речи, а реальностью. Чтобы выбраться из пространства Гастэло, один из нас должен убить другого. Причём в этом пространстве мне легче, чем врагу. Он лишен всей своей армии тьмы, ведь она осталась там — по другую сторону Серого мира.
Кроме того моя магия в этом мире немного сильнее, а магия врага наоборот слабее. Шансы выбраться из этой дуэли живым у меня точно больше, но я не расслаблялся. Это Кощеев. Их род, как и мой — потомственные некроманты. По этой причине его знания и столь большие.
Усатый потянулся к чему-то на поясе, и я сразу поднял перед собой земляную стену. Прозвучало два выстрела. Кощеев не стал тратить больше патронов, понимая, что это бессмысленно.
— Подземные владыки, внемлите моему зову! — торжественно произнес Кощеев.
— Бесполезно, — сказал я, не выходя из-за защиты. — Никакой призыв тут не сработает. Тут только твоя и моя магия.
— Так вылезай, Могильников, — усмехнулся некромант. — Я покажу тебе свою магию.
Хочет меня застрелить из своего пистолета. Такой вид «магии» я знал, и он мне не особо нравился. Некрочары могут защитить от пуль, но это потратит лишнюю энергию.
Я вдруг услышал звук, словно рвётся ткань. Что там решил устроить Кощеев? Я сделал небольшое смотровое отверстие в стене и увидел, что усатый разорвал на себе одежду, полностью оголив торс. С правой стороны груди у него черная пентаграмма, которая мне очень сильно не нравилась. У Кощеева тоже есть свои козыри.