Су-17 спикировали, сбрасывая светящиеся авиабомбы. Когда люстры САБов озарили все вокруг, «Стрижи» выполнили боевой заход. На головы моджахедов посыпались осколочно-фугасные «сотки» вперемешку с зажигательными бомбами. Истребители-бомбардировщики сделали еще один заход, обработав цель реактивными снарядами.
Я «Дракон», классно работаете.
Нормально, у нас почти каждую ночь такое. Выспаться не дают.
Ладно, «Тень-15», у меня в баках пусто. Ухожу.
Топай, топай, даст Бог, свидимся.
Егор мягко посадил свой штурмовик, порулил к стоянке. Техники сразу же принялись осматривать самолет. К летчику подошел Женя Иванов.
А вас ждут, — сообщил он.
Кто ждет? — не понял Егор.
Я жду, — ответила Наташа, выходя на свет и кутаясь в куртку техника, ночи были довольно прохладные.
Наташ, а что ты тут делаешь? — задал Егор глупый вопрос. — Это ведь аэродром, как тебя пропустили.
Наташка фыркнула:
Что, я никогда на аэродроме не была?
Но в любом случае, спасибо тебе, — он положил голову на ее хрупкое плечико и обнял Наташу за талию.
Ты нужна мне, — тихо прошептал он.
Она погладила его по волосам.
Девочка моя, Солнышко, — шептал он, осыпая ее поцелуями. — Родная моя…
В знойный полдень, когда полеты из-за жары были отменены, Егор забрел в тот небольшой парк, который был разбит солдатами возле госпиталя у реки. И где они с Наташей любили встречаться по вечерам.
Внимание Егора привлек шум и треск в зарослях кустарника. В густых зарослях возле берега речки кто-то был. В наступившей тишине было слышно, как шелестит трава и похрустывают мелкие веточки. Крупных зверей, да еще и днем, тут не водилось, значит… Человек, скрытый зарослями, пытался двигаться бесшумно, но делал он это довольно непрофессионально. Егор аккуратно раздвинул ветви кустарника. Он увидел человека в национальном халате и шароварах, на голове у него была серая чалма. Человек сидел перед развязанным вещмешком, рядом маленькой кучкой лежали остро заточенные колышки. Человек сидел к Егору боком, опустив голову, и его не видел.
«Стрелять нельзя, если он не один, то остальные либо поднимут стрельбу, либо попытаются уйти. Надо его брать живым». Он спрятал пистолет в кобуру. Рука плавно скользнула к ножнам на правой голени. В ладонь удобно легла рукоятка десантного ножа, тускло блеснул на солнце узкий изогнутый черненый клинок. Егор сделал знак солдатам не стрелять и змеей скользнул в заросли. «Дух» сидел метрах в трех от него. Стремительный скользящий шаг, прыжок, удар ногой, отшвырнувший моджахеда, слились в одно стремительное движение. Но в самый последний момент «дух» заметил летчика и успел сгруппироваться. Он перекатился через голову и пружинисто вскочил на ноги, в руке моджахеда сверкнул кривой широкий нож. Серые ребристые кругляши гранат высыпались из вещмешка и покатились по земле. Душман прыгнул вперед, намереваясь полоснуть Егора ножом по горлу. Круговой удар, если бы он достиг цели, мог запросто отделить голову Егора то его бренного тела. Но пилот не стал ждать. Он пригнулся и встретил атакующего моджахеда прямым ударом ноги. Закругленный носок летного ботинка врезался в солнечное сплетение, моджахед судорожно хекнул и отлетел на пару метров. Егор осторожно приближался к своему противнику. Глухо зарычав сквозь стиснутые зубы «дух» снова прыгнул. Левое предплечье обожгло резкой болью, по нему заструилась теплая кровь. Моджахед метил в сердце, но Егор инстинктивно поднял руку, и лезвие ножа пропороло предплечье. Моджахед снова атаковал. Егор отбил удар ногой, блокировал вооруженную руку своего противника и нанес сокрушительный удар левой в челюсть. Потом ударил десантным ножом под ребра. Моджахед отскочил, попытался ударить его ножом в лицо. Егор отбил этот удар клинком своего ножа и подбив ударом ноги опорную ногу противника, нанес ему удар согнутыми пальцами левой руки в горло. В китайском у-шу этот удар называется «Лун-чжао» — «Когти дракона». Этому удару летчик научился еще, когда служил в таежном гарнизоне. Его показал ему старый учитель со странным именем Ли Ян-лун. Удар ломает хрящи горла и может вызвать смерть. Егор не хотел убивать «духа», поэтому нанес удар не в полную силу. Моджахед захрипел и рухнул на землю, потеряв сознание. Вся схватка заняла едва ли две минуты. Подоспевшие солдаты караула связали моджахеда и поволокли к палатке коменданта аэродрома.