— Ты, вот что, — пробасил полковник, игнорируя уставные нормы. — Ты с «боевым маневрированием» поаккуратнее, мне камикадзе не нужны.
— Товарищ гвардии полковник, — начал, было, летчик.
— Отставить, гвардии лейтенант!
— Есть отставить, — покаянно ответил тот, но в глазах его блеснули озорные искры.
— Возвращайтесь в «дежурный домик» и отдыхайте, после окончания дежурства Вы и лейтенант Тимченко напишите рапорты. Все, можете идти.
— Есть! — пилоты приложили ладони к летным шлемам.
Летчики дежурной пары пошли к ‘дежурному домику, где в готовности номер один располагались остальные летчики их звена.
В полку о Егоре ходили самые разнообразные разговоры и слухи. Одни считали его «отмороженным», другие ругали за слишком независимый характер и экстремальную манеру пилотажа, третьи, и их было большинство, восхищались им. Разговоры разговорами, но за полтора года стать летчиком-истребителем II класса — это все-таки серьезное достижение. Тем более, здесь, где погода не балует своим постоянством, а служба постоянно проходит на грани боевого применения.
Он очень любил летать и летал с каким-то отчаянным фанатизмом и остервенением. Его пилотаж отличался резкостью, стремительностью, каким-то внутренним изяществом. В воздушном бою Егор всегда мог найти единственное, изящное и оригинальное тактическое решение, которое переламывало ход боя и давало ему преимущество в небе.
Он «показал себя» в первом же вылете на технику пилотирования. Вылетели с комполка полковником Соболевым на учебно-тренировочной «спарке» МиГ-23УБ. Дав «добро» на выполнение высшего пилотажа, полковник ожидал от недавнего курсанта осторожного, «по всем правилам» выполнения фигур. С обязательными «площадками», когда после выполнения каждой фигуры самолет переходит в горизонтальный полет. Куда там! Егор закрутил такую карусель из виражей, бочек, иммельманов, переворотов, мертвых петель, завершив программу выходом из крутого пикирования у самой земли. Весь комплекс высшего пилотажа — без «площадок», на максимальных скоростях, запредельных режимах, с максимально допустимыми перегрузками! После полета полковник ограничился одной фразой: «Или убьешься, или станешь классным летчиком». Ветеран войны во Вьетнаме, Герой Советского Союза, сбивший трех «Фантомов»[1], он знал, что говорил.
Его напарник, Серега Тимченко тоже был фанатично предан своей профессии. Среднего роста, широкоскулый, нескладный, с вечно торчащими ушами, он вызывал улыбку, но она быстро исчезала, если кому-либо доводилось встретиться с ним в воздушном бою. Он обладал веселым нравом, был хорошим другом. Они летали вместе еще в училище, а потом были направлены к месту службы.