— Скажи-ка мне, капитан, — миролюбиво начал комполка, вызвав комэска к себе, — что самое главное при оценке боеспособности штурмового авиаполка?
Малахов посмотрел на командира настороженно, подозревая подвох. И потому счел за благо промолчать и всем своим видом изобразить полнейшее неведение.
— Не знаешь? — благодушно поинтересовался Хромов. — Я тебе подскажу. Часть боеспособна, если располагает ведущими. Ведущий — это наиболее опытный в группе летчик. Ведущий — это тот, кому можно «нацепить на хвост» молодых пилотов. Ведущий — это вожак и самый лучший советчик для желторотика. Ведущий собирает взлетевшие самолеты. Ведущий может провести группу по маршруту. Ведущий поможет обойти зенитные и истребительные заслоны. Ведущий отыщет на земле цель и своим примером покажет, как тактически грамотно, в соответствии с обстановкой выполнить атаку. То есть ведущий на фронте на вес золота. А ты мне предлагаешь самолично подарить кому-то несколько десятков килограммов этого благородного металла. Я правильно тебя понял?
— Дивин остается, — угрюмо сказал капитан. — Сами знаете, у него не голова, а Дом Советов. Он вам не только любую группу проведет, но еще и учебник по тактике штурмовой авиации в два счета напишет.
— Дивина я и так назначил твоим заместителем. А ты подумал, что будет, если его собьют? Целая эскадрилья мгновенно превратится в стаю слепых кутят. Ты этого добиваешься? В общем, так, — Хромов взял в руки рапорт комэска и с наслаждением разорвал его на несколько частей, — еще раз сунешься с подобной бумажкой, я тебя в запасном полку до конца войны запру. Понял?!
— Не подписал? — только и спросил Григорий друга, когда он мрачнее тучи ввалился в домик, где они жили. Тот лишь раздраженно мотнул головой и ушел в комнату. Погода сегодня не побаловала, с самого утра зарядил противный мелкий дождь, небо затянула серая пелена, полеты отменили, и летчики остались в своих маленьких коттеджах. Экспат решил не терять зря времени и провести теоретическое занятие. Сегодня он рассказывал молодым пилотам о том, как важно не полагаться на чувства, а доверять приборам и карте, тщательно изучать район полетов. — Выучите наизусть опорные ориентиры, — негромко втолковывал Григорий сержантам. — В полете следуйте нехитрому правилу: глядим сначала на компас, часы, карту, потом — на землю и на другие самолеты. Ведите счет путевому времени, верьте компасу и тогда ни за что не потеряете ориентировку. А это, скажу прямо, одна из самых страшных бед, что может приключиться с летчиком. Особенно это важно, когда летите вслепую, в облаках или тумане. Во время слепого полета всегда кажется, что машина отклоняется от курса. Это ложное чувство! Решите немножко подправить показания компаса и гарантированно окажетесь где угодно, но только не там, куда намеревались попасть изначально.