Тогда обратился я к пережитому с Рыковым. Горе-тренер этот только и твердил, что о личной успешности, о личном благосостоянии. Мол, только в этом и состоит цель всей жизни человека.
Конечно же, я был с ним не согласен. В девяностые не раз и не два встречал я людей, что колоссально богатели в короткие сроки. В сущности, они могли бы позволить себе все что угодно. Но становились ли они от этого счастливыми? Приобретали ли они внутреннее равновесие, если угодно, гармонию внутри себя? Однозначно нет.
А ведь штанга — это очень эгоистичный вид спорта, если подумать. В ней штангист бросает все силы свои, душевные и физические на то, чтобы возвеличить самого себя в глазах других. Сейчас я четко и ясно осознавал, что не хочу этого. И пусть штанга на всю жизнь останется мне верной подругой и отрадой, строить вокруг нее свое будущее я не согласен.
Улыбнувшись своим мыслям, я тихо прошептал себе под нос:
— М-да, Вова. Пусть и взрослый ты мужик, но сейчас повзрослел еще больше.
Я встал со скамейки, взял и повесил на плечо спортивную сумку. Из спорткомплекса стали выходить люди. Кажется, закрывающая часть соревнований кончилась. Я видел, как наша сборная откололась от основной массы и направилась к своему автобусу, уже прогревающему двигатель.
А потом, от нашей группы откололся одни единственный человек. Это был дядя Костя. Он, видимо, заметил меня и торопливо потопал к лавочке.
— Вов, а куда ты девался? Я тебя уже обыскался!
— Да вот. Вышел воздухом подышать. Душновато там стало.
Дядя Костя застыл передо мной, обернулся и глянул на блестящий огнями комплекс. Несмотря на множество народу там, вдали, вокруг все казалось тихим и спокойным. Рокот людей будет бы, только подчеркивал эту тишину, что царила на другом конце стоянки, у лавочки.
— Ты был молодцом сегодня, — с улыбкой сказал дядя Костя.
— Спасибо.
Старый тренер вздохнул. Посмотрел на ясное звездное небо и обернулся к автобусу.
— Пойдем? Нам пора ехать, — сказал он.
— И правда. Пора, — тихо ответил я.
Конец июля 1974. Город Усть-Кубанс.
Усть-Кубанский автовокзал шумел. Народ топтался на платформах, ожидая своих автобусов, тек туда-сюда через небольшое здание, выводившее приезжих в город.
Стоял жаркий полдень. Как бы сказали сейчас «час пик». С ясного синего неба нещадно пекло раскаленное добела солнце. Если бы не приятный прохладный ветерок, дувший с Кубани, от жары можно было бы просто спечься.
— Вова, ты носочки точно взял? — Спросила беспокойная мама. — Может, дай я проверю! Говорила ж, давай помогу тебе чемодан собрать, а ты сам, да сам!