Пальцы запутались в густом меху. Я резко сел. Сердце колотилось где-то в горле.
Вокруг тишина. Не слышно звона кастрюль и ругани старшего повара. Только тишина и пятно солнечного света на беленом потолке. Тело, которое еще вчера ныло каждой жилкой, сегодня молчало.
Выспался? Впервые за месяц?
Я огляделся. Ну да. Моя новая «камера». Вместо грубых нар — широкое ложе со шкурами, вместо закопченных балок — высокий потолок. На стуле висит новая одежда. Одежда советника. Взгляд упал на окно. Двор крепости жил своей жизнью, но теперь я смотрел на муравьиную возню сверху вниз.
Красиво и чертовски опасно. В дверь тихо постучали.
— Войдите.
Паренек с кувшином горячей воды кланялся так усердно, что чуть не влепился головой в косяк.
— Вода, господин советник. Завтрак уже подан в малой столовой. Княжич ждет.
«Господин советник». Звучало как злая шутка, но привыкать придется быстро. Я умывался, глядя в медный таз. Оттуда на меня смотрел уже не забитый Веверь, но и не я прежний. Кто-то третий. Тот, кому придется выживать в серпентарии, куда его вчера швырнули за шкирку.
— Спасибо, — проговорил я благодушно. Внутри я могу удивляться, но на показ теперь этого делать нельзя. Я советник, а не поваренок с кухни Прохора.
Слуга, видимо, ожидал приказаний, но я молчал. Он с удивлением поднял на меня взгляд, увидел мою задумчивость, быстро опустил глаза и, снова поклонившись, попятился к двери.
— Сейчас я быстро умоюсь и на кухню пойду, — сказал я ему вслед. — Так что можешь не уходить. Кувшин сразу заберешь. Нужно поторопиться, так как завтрак для княжича сам себя не приготовит.
— Но, господин советник… завтрак уже готов. Княжич Ярослав ждет вас в малой столовой, — удивился слуга.
— Да? Интересно, ну ладно. Тогда тем более стоит поторопиться, — я кивнул, и он, поклонившись, бесшумно вышел, оставив меня одного.
Я подошел к умывальнику, медленно умылся, смывая с себя остатки сна и старой жизни. Затем мой взгляд упал на одежду, аккуратно сложенную на стуле. Надев новую одежду, почувствовал себя другим человеком.
Тонкая льняная рубаха не кололась, плотные штаны идеально сидели, а кожаная куртка давала не только тепло, но и странное, приятное чувство на душе. Я посмотрел на свое отражение в отполированной поверхности медного кувшина. Из полумрака на меня смотрел не забитый раб Веверь, а незнакомый молодой человек. Советник.
Сделав глубокий вдох, я расправил плечи и вышел из комнаты. Теперь я был готов.