Плеснув в бокалы вина, я сказал:
— Давай, выпьем за нашу встречу после долгой разлуки, и чтобы у нас все было хорошо.
Люда, шмыгнув носом, подняла бокал. В уголках глаз у нее опять стояли слезы.
— Людмила, что ты плачешь все время, в чем дело? — спросил я, отставляя в сторону пустой бокал.
— Я, я боялась, что ты не приедешь. Девчонки смеялись надо мной. На танцы звали, предлагали познакомить с кем-нибудь. Дурой называаали!
При последних словах она разрыдалась.
Я сидел и молчал, было мучительно больно за прошлое. Но в нем ничего уже нельзя было изменить. Можно менять сейчас.
— Все, прекращай рыдать, — скомандовал я, собравшись с мыслями. — Лучше поговорим, как мы будет жить дальше. Я вижу это так, сегодня вечером еду в Петрозаводск, получаю паспорт, и сразу приеду к тебе, надеюсь, родители не будут против моей прописки у вас, иначе заявление в ЗАГС могут не принять. После свадьбы ты увольняешься, и мы вместе уезжаем в Петрозаводск, снимем комнату в частном секторе, на работу там тебе можно устроиться без проблем, а я найду ночную подработку, и буду, возможно, поступать в торгово-кулинарное училище.
Я ожидал вопросов, удивления, возмущения, да мало ли чего еще. А моя подруга, все еще шмыгая носом, просто ответила:
— Санчик, рядом с тобой я на все согласна. О прописке можешь не переживать, пусть только попробуют не прописать.
— Вот так бриллиант мне дураку повезло отыскать! — мысленно восхитился я. — Патриархат рулит, надеюсь, после свадьбы жена свои слова назад не заберет.
В этот момент раздался стук в дверь.
— Заходите, — крикнула Люда. В дверь вошла остролицая женщина лет под пятьдесят.
Быстрым взглядом она осмотрела нас и неодобрительно уперлась глазами в голые коленки Люды. Та засмущалась и попыталась прикрыть их полами халата, что ей не очень удалось.
— Саша, это наша соседка Валентина Петровна, я у нее баранину покупала, представила она женщину.
Я встал и, представившись, пригласил даму за стол.
— Валентина Петровна, присаживайтесь, попробуйте, что бог послал.
Не скрываемое разочарование соседки при взгляде на меня, видимо, ожидала увидеть писаного красавца, сменилось заинтересованностью.
Через минуту она с удовольствием ела шашлык и не отказалась от капельки вина. А в следующие полчаса я узнал многое о соседях, какие они все гады, и какая золотая Людочка Струнина, уважительная, умница, скромница, хорошая хозяйка, а то, что она носит очки, и часто болела в детстве, так это ерунда, как и то, что Николай Васильевич ее отец, любит злоупотребить водочкой. А мама со всех сторон хорошая, только скуповата. Брат Витька настоящий прохиндей и тоже не дурак выпить.