Конечно, я преувеличиваю и даже иногда капризничаю, как маленькая девочка, которой вечно не хватает внимания. Наверное, в глубине души я все еще пытаюсь наверстать то, чего мне так недоставало в прошлом. Но стоит мне на секунду остановиться и посмотреть на свою жизнь, как я понимаю: мой мужчина, мой Орлов, дает мне все, о чем я могла только мечтать.
Он удивительно сочетает в себе две совершенно разные стихии. С одной стороны — нежный, заботливый муж и отец. Я до сих пор с трепетом вспоминаю, как он часами сидел в саду с нашей крошечной Лисонькой, пока она спала в коляске, и что-то тихо ей рассказывал. Эта их особая связь никуда не делась. Каждый вечер из ванной доносится их заливистый смех — они могут плескаться там битый час, как два маленьких заговорщика, и это самая сладкая музыка для меня. Он по-прежнему дарит мне мои любимые белые пионы, просто так, без повода, и в его взгляде столько тепла, что в нем хочется утонуть.
А потом наступает ночь, и мой заботливый муж превращается в дерзкого, ненасытного любовника. Тот самый Орлов, от одного взгляда которого у меня подкашиваются колени. Он не отпустит меня в сон, пока не истерзает ласками, пока все тело не начнет дрожать в предвкушении. Его комплименты становятся тише, интимнее, а руки — смелее и настойчивее. Наши ночи — это отдельная вселенная, где нет ничего, кроме его горячего шепота и наших переплетенных тел. Иногда это не просто секс, а настоящий марафон страсти, который длится до самого рассвета, оставляя меня обессиленной, но безмерно счастливой. И как бы много его ни было в моей жизни, мне все равно будет мало. Такого мужчины, как мой Орлов, много не бывает.
Я присела и с улыбкой прикрыла глаза, откинувшись на спинку дивана. Все мои планы на сегодняшний вечер рассыпались, словно карточный домик. Я так тщательно всё продумала: как мы выйдем в сад, как я попрошу его заглянуть в коляску к дочке якобы за какой-то мелочью. И как он, растерянный, найдёт там не одну, а целых две крошечные коробочки с пинетками. Мне хотелось увидеть его лицо в этот самый миг, дать ему время до утра, чтобы эта оглушительная новость улеглась в сердце. Чтобы завтра в самолёте он уже не смотрел на меня с удивлением, а просто крепко держал за руку, думая о нашем новом, головокружительном будущем.
Но, видимо, не судьба. Придётся разыграть небольшую сцену. Слегка надуть губы, изобразить легкую обиду на его задержку, а потом, уже там, под южным солнцем, когда он будет расслаблен и счастлив, обрушить на него свой сюрприз. Пусть это будет по-настоящему неожиданно.