По дороге домой зашел в Дашкин поселок к Юрке. Он уныло ковырялся в огороде. «Как и я ненавидит сельхозработы», — хмыкнул понимающе.
Узнав о предстоящей поездке в Москву, Юрка воспрял. У него тоже подобралось с десяток икон от его сборщиков.
— Придется с собой приглашать в поездку Стаса. Слишком много груза получается, — озадачил Фила.
— Когда едем? На какое число брать билеты? — интересуется он.
— Пока не знаю. Стас экзамены сдает. «Когда у него следующий экзамен?» — задумываюсь.
— Зайди вечером ко мне, узнаю, — предлагаю. — Мне завтра с утра опять идти в школу готовиться к походу, — жалуюсь.
Немного еще поговорив, расстаемся до вечера. Фил обреченно бредет на огород, а я спешу домой, чтобы поесть нормально. Однако возле дома вижу Стаса со свертками. «Когда же я поем?» — мысленно взвыл.
— Как экзамен? — интересуюсь.
— Нормально. На четверку вытянул, — отвечает и озадаченно смотрит на мое кислое выражение лица.
— С утра не жравши, — объясняю.
— Сходи, я подожду, — великодушно предлагает.
— Ладно, потом, — отмахиваюсь.
Разбирая иконы, интересуюсь:
— У тебя, когда следующий экзамен?
— В понедельник сочинение, — удивленно сообщает Стас.
— Не хочешь со мной в Москву съездить? — провокационно спрашиваю. — Не увести все! Видишь? — обвожу рукой многочисленные свертки.
— Можно, — недоверчиво глядит. — Когда? — интересуется.
— Вечером в понедельник. В среду утром будем дома. Успеешь к следующему экзамену, — выдаю раскладку.
— Как у Руля с экзаменами? — задаю следующий интересующий меня вопрос.
Стас пожимает плечами, поглощенный мыслями о Москве.
— Направь его ко мне сегодня. Есть для него одно предложение, — прошу.
Кивает.
Вечером встречаюсь с Фролом. В сарае добавились еще пару свертков. Филу сообщаю о выезде в понедельник. Рулю передаю червонец и озадачиваю покупкой комплекта постельного белья. «Хорошо, что постельное белье не в дефиците сейчас», — радостно отмечаю.
Глава 2.
Блатные.
Встреча с приблатненными в конце весны имела неожиданное продолжение. В субботу на пороге моего сарая неожиданно появился озабоченный Рыга. Обычно он старается выглядеть солидно, значимо и невозмутимо, как будто в жизни все повидал, испытал и все знает! Неторопливо разговаривает с равными, а со своими и прочими снисходительно цедит слова.
— Серый! С тобой хотят встретиться уважаемые люди, — торопливо забубнил он вполголоса. — Пойдем! Ну, пожалуйста! Таким людям не отказывают!
«Куда делась обычная Рыгина значительность и невозмутимость?» — мысленно удивляюсь и кажется, понимаю.
Рыга в своих кругах растрепал про мой миниконцерт в поселковом сквере в конце мая, а сейчас проявил интерес к моему «творчеству» кто-то важный для него. На всякий случай интересуюсь: