Когда оказалась дома, узнала, что в общей сложности в больнице я провела год и теперь мне шесть лет. Кожа осталась целой только на шеи и в зоне немного ниже ключиц, а также голова с лицом. Ногти сами восстановились и были нормальными. Меня сразу стали приучать к тому, чтобы я одевалась так, чтобы ожоги были полностью скрыты. Сразу бросалось в глаза то, что девочки и женщины в местности, где мы жили, носили длинные платья. Ткани как правило были легкие и немного тянущиеся. Радует хотя бы отсутствие корсетов и пышных юбок. Пока была дома, я не видела проблемы в наличии ожогов на теле. Но стоило пойти в школу, и поняла всю глубину проблемы. Я как бы знала, что дети бывают жестоки, но теперь пришлось ощутить это на своей шкуре.
В моем классе была только одна девочка, а остальные восемнадцать были мальчишками. И если первые несколько классов мои одноклассники никак не реагировали на наличие шрамов то, когда начался подростковый возраст меня стали называть не иначе как «уродина». Я всегда одевалась так, чтобы шрамов было не видно. Но кисти рук не спрячешь, не надев перчаток. Платья я носила только с длинным рукавом, так что даже кисть была спрятана до пальцев. На физкультуру была форма – длинные штаны и белая футболка с коротким рукавом. Но я всегда поддевала еще тонкий гольф телесного цвета, чтобы прятать мои руки. Но даже так все, видя меня, кривили лица, словно у меня на лице была какая-то большая уродливая бородавка.
Старшая сестра делала вид, что меня не существует, особенно в школе. Дома просто игнорировала. Поэтому я посвящала все свободное время учебе. Особенно хорошо мне давалось изучение языков. К окончанию школы я знала все существующие языки нового мира. Отношения в семье были немного странными. Только взрослея я поняла, что на моем будущем как женщины поставили большой жирный крест.
Дом у моей новой семьи был относительно большим – двухэтажным. На первом этаже была кухня и большая гостиная. На втором этаже было четыре спальни, и еще был большой просторный чердак. С моей подачи на нем сделали ремонт и даже подумывали сделать его жилым. Но пока этого не случилось, я уходила на него делать уроки. Отец мне там поставил стол и стул, и я могла заниматься ни на кого не отвлекаясь. В старшей школе мне купили ноутбук по моей просьбе. Потому что стало заданий больше именно за компьютером. Я до окончания школы смогла окончить курсы редакторов и получить об этом диплом и стала искать себе подработку как раз на редактирование и перевод текстов. Даже получила первый заказ на редактирование, чему была безумно рада. И так, на мелких заказах, стала формировать свой позитивный рейтинг.