— Отдыхай, – сказал зашедший врач. – Операция только часа три как закончилась, ты быстро отошла от наркоза.
Я и правда уснула, пока они ещё были в палате.
— Я могу узнать, что за операция была? По бинтам вижу — на груди.
— Ожоги видел? – спросил доктор. Яр кивнул. – Соски тоже пострадали сильно. И девочка всё же планирует замуж выйти, а в будущем детей родить. И хочет попробовать выкормить их сама. А для этого нужны рабочие соски с рабочими молочными выходами. Как она так вляпалась — она тебе потом сама расскажет. Пришли ей про наши традиции почитать, чтобы потом не было больно ни тебе, ни ей.
Следующий раз проснулась уже, ощущая грудь и как она болит. И заодно ощущала, что на груди есть повязка. Телефон нашёлся под левой рукой. Смогла отвлечься и немного почитать. Яр явно сделал выборку. Так-с: на Ялве многомужество, и количество мужей в семье ничем не ограничено. Протягивая пластиковую карту, мужчина как бы говорит, что ощутил в девушке свою половинку. И вверяет ей себя и свои финансы. Если женщине неприятен мужчина, она может в одностороннем порядке прогнать его и не принять его карту.
Интересно, я уже успела обидеть Яра? Или ещё нет? Не хотелось бы… Стала читать дальше. Дальше шло описание вариантов ухаживаний, после которых женщина может понять, нужен ей такой мужчина или нет, и тогда уже принять или нет его карту. Почему-то всегда делается акцент на карте. А одним из ухаживаний было предъявить свой банковский счёт. «Дикость какая», – подумала про себя. И на этом опять провалилась в сон, выронив телефон на пол. Следующий раз, проснувшись, увидела обеспокоенных доктора и Яра. Немного напряглась.
— Что-то случилось? – спросила хрипло и поморщилась от боли.
— Лежи, не напрягайся! – воскликнул доктор.
— Вы свои лица просто не видели, – буркнула в ответ.
Они честно попытались привести лица в порядок, но чувствую — нервничают.
— Что случилось?
— Ты на Яра злилась?
— Нет, с чего такую глупость подумали? Я читала и резко уснула, словно из розетки выключили. Это нормально, что так болит?
— Сейчас обезболивающее тебе дам. И нужно поменять повязку, я должен буду к тебе дотрагиваться.
Кивнула, принимая неизбежное.
— А телефон, что с ним? Кажется, я его выронила.
— Он раскололся на несколько частей, – сказал Яр. – Я поменял его и перенёс всю информацию, что была на нём. И это, ответил на звонок от твоих родителей.
Доктор поставил ширму и разложил на маленьком столике на колёсиках бинт и ещё какие-то примочки. Сразу уколол мне обезболивающее и дождался, пока подействует.