— Даже император? — хмыкнул я.
Зиновий резко остановился и посмотрел на меня совершенно округлившимися от ужаса глазами:
— Вы что такое говорите⁈ Против императора выступать⁈ В нашей же империи⁈
— Прости меня, неудачно пошутил, — поспешно ответил я, понимая, что сморозил глупость.
— Да, очень неудачно! И так больше не шутите, умоляю, — попросил он серьёзно. — Такие слова даже в шутку произносить нельзя.
Инквизитор Сигимир Златоустов знал своё дело превосходно. Поэтому действовал незамедлительно, по отточенной годами технологии. Этот человек не собирался упускать ни единой детали — он тут же, будто многоногий спрут, раскинул свои сети, методично начав собирать всю доступную информацию.
Первым делом он запросил подробные отчёты от всех глав паладинских звеньев региона, в том числе и от главы паладинского корпуса, на предмет того, не замечали ли они каких-либо странностей в последнее время. Новых аномалий, необычных тварей, излишней активности культистов или иных подозрительных явлений, которые могли бы пролить свет на происходящее.
Вторым шагом, что было предпринято, он сделал официальный запрос в регистрационный орган относительно всех одарённых, которые были зарегистрированы в последнее время, а также всех аристократов, что прибыли в эти земли за последние месяцы. Любая новая фигура могла оказаться ключом к разгадке.
Мартынов, который до недавнего времени наивно считал, что покупать диковинных тварей за бесценок — это большая удача, по крайней мере так он думал до тех пор, пока ему не явился инквизитор со своими крайне неудобными вопросами. А скрывать Мартынову было что — и немало. Поэтому он торопливо выдавал всю информацию, которая только требовалась, лишь бы подальше увести Златоустова от неудобных для него тем. В частности, от чёрного рынка трофеев, закрытых сообществ одарённых, которые не пожелали вступать в паладинский орден, как предписывал имперский закон, а также от своих сомнительных связей со старообрядцами. А главное Мартынов очень хотел скрыть свои связи с целым рядом культистов. Которые, хоть и были объявлены вне закона, но порой давали чрезвычайно выгодные коммерческие предложения. Ведь у купцов свой особый кодекс чести, и для них главным преступлением было не сотрудничество с преступниками, а упущение прибыли. И в этом страшном грехе Мартынов никогда не был замечен — торговые принципы превыше всего.
Чем больше Златоустов погружался в запутанные дела этой отдалённой губернии, тем больше всплывало крайне сомнительных событий и странных ситуаций. Внезапное появление влиятельных аристократов, постоянные локальные войны, систематические попытки прорыва границ между мирами, нелегальная торговля артефактами. И всё чаще в документах всплывали две конкретные фамилии: князь Демидов и граф Злобин.