О да, теперь и мне уже это очевидно. Если раньше оставалась надежда, что эта сущность, построившая обелиск, слаба или является просто отголоском реальной силы проклятого бога фиолетового мира, то сейчас эти иллюзии пропали. У меня всё ещё было два пути: попробовать подождать несколько дней, пока Седьмой разберётся с проходом к связи единства, или попытаться помочь уничтожить тёмного бога.
В обычной ситуации я бы не задумываясь выбрал первый вариант, вот только если старейшина прав, и тёмный бог уже вот-вот пробудится, переждать не получится. Он найдёт нас с Алисой, где бы мы ни находились, и придёт за нами, чтобы поглотить. Такова сущность проклятых богов. И это не считая тех слов, что сказал мне Утренняя Звезда недавно, он, похоже, говоря о пироге, имел в виду как раз этого тёмного бога.
«Носитель, в данном случае я также считаю, что вам следует объединить усилия с кланом Серых Охотников. Даже вдвоём с Алисой этот противник вам не по зубам» , — высказался Седьмой, и я с ним был полностью согласен.
— Мы всё понимаем, так что вы предлагаете? — после общения с Седьмым мне ничего не оставалось, кроме как спросить главу о том, что планировали Охотники.
— Как раз сейчас мои люди находятся на связи с другими кланами, окопавшимися в своих резиденциях. Вы, скорее всего, видели и слышали приземление конвертопланов объединённых сил? Это передовые силы, они сейчас подготавливают место высадки полномасштабной атакующей группы. Но без нашей помощи старания передовых отрядов, вероятно, обречены.
— Держи руки на ране, зажми посильнее! — рявкнула Василиса на Алексея, он сейчас всеми силами пытался остановить кровь, идущую из груди Фомы. — Ну же!
Девушка вытащила свой переносной блок первой помощи и приладила его к месту возле раны. Блок зажужжал, вкалывая лошадиную дозу гемостатика и коктейль из какой-то бурды, созданной клановыми алхимиками и лекарями. Уже через секунду лицо Фомы, которое было мертвецки бледным, вновь начало наливаться румянцем, а сам он перестал скрести от боли руками по земле, переводя дух.
Где-то над их головами раздался гулкий взрыв. В комнату ворвались Слава с Константином. Последний был с ног до головы покрыт самой настоящей кровью. Бросив взгляд на лежащего товарища, он лишь сильнее наклонил голову, закрытую шлемом тяжёлой брони. В это же время Слава, не теряя ни секунды, бросилась к Фоме, на ходу призывая целительные силы магии жизни, в которой хорошо разбиралась. Рухнув перед раненым, она простёрла руки над его телом, вливая в него тонны целительной силы.