Не знаю, сколько прошло времени, по, моим внутренним ощущениям, не больше получаса, когда слух царапнул еле слышимый скрип. Как если бы что-то скреблось под самой дверью, но я не ощущал, чтобы возле комнаты кто-то был.
Отложив в сторону шёлковый платок, которым очищал от масла Одинокого, я встал на ноги и приготовился. Что-то приближалось. С каждой секундой я ощущал это всё отчётливее. Там, где Алексей стёр защитные символы, начала появляться медленно расширяющаяся чёрная воронка. Дыра в пространстве, соединяющая наш мир с изнанкой. Я замер, слившись с вечерними тенями. Из-за глифов вся комната должна была казаться сущности залитой плотным магическим фоном, спрятаться самому и уж тем более устроить ловушку в таких условиях было достаточно просто.
Тем временем из дыры начала выливаться противная чёрная жижа, означающая, что в гости к нам пожаловал кто-то из нижних слоёв изнанки. Тварь, невероятно далёкая даже от теней, остающихся от обычных людей и уж тем более божественных сущностей.
Вслед за жижей, которая, насколько мне было известно, являлась продуктом жизнедеятельности этих тварей, в комнату начало медленно вползать нечто. Со стороны оно походило на какую-то отвратительную смесь земноводного с обычной кошкой, покрытую чёрной смолой, постоянно сочащейся наружу. Стало очевидно, что тварь настолько огромна, что целиком попросту не способна поместиться в комнате.
Медленным, казавшимся ленивым движением сущность двинулась к спящему Алексею. Я следил за ней, не смея шевельнуться, Одинокий, точно почувствовав моё настроение, затаился, никак не проявляя свою истинную сущность духовного оружия.
Шлёп — тварь сделала первый осторожный шаг, за ним второй, третий. Медленно она приближалась к магу и к ловушке, установленной прямо на её пути. Рука сильнее сжала рукоять клинка. Я был готов в любой момент броситься вперёд, но продолжал ждать.
«Ну же, тварь, давай!» — мысленно воскликнул я, когда сущность замерла прямо перед ловушкой в нерешительности, точно что-то почувствовав. Но близость такой лакомой добычи слишком уж манила — голод победил. Шаг — и подготовленная мною ловушка разорвалась силой. Яростный шторм магических плетений опутал чёрную тварь, не позволяя двинуться и утечь обратно в открытый разрыв изнанки.
В ту секунду, когда сработала ловушка, я бросился вперёд. Одинокий ожил в моих руках, взрываясь духовной мощью. Тварь не успела отреагировать ещё на одну угрозу, полностью поглощённая попытками освободиться. Клинок без труда вошёл прямо в мясистое тело, вскрывая его. Одинокий буквально впился в сущность, с огромной скоростью поглощая её, точно вампир. Я отчётлив ощутил его восторг и упоение — он наслаждался тем, что пожирал сущность. Рука потяжелела и начала болеть, часть поглощаемой силы передавалась и мне, перед взором заплясали разноцветные круги. Я схватил духовный меч двумя руками и надавил ещё сильнее. Вопль сущности изнанки был слышен лишь медиумам и их контрактным богам, и от него у меня чуть не подкосились ноги. Один из чернильных отростков, освободившись от ловушки, с силой ударил меня, отбрасывая в сторону. Удар о стену оказался очень жёстким, чудом я не выронил Одинокого. Привстав на одно колено, выставил клинок перед собой в попытке как можно быстрее прийти в себя. В таком замкнутом пространстве всё моё преимущество в скорости ничего не значило, и я мог надеяться только на клинок. Всё ещё безумно вереща, тварь всем телом развернулась ко мне, готовая наброситься и переломать появившегося обидчика. Она даже слегка пригнулась для стремительной атаки, выставив сразу с десяток освободившихся отростков, и тут же замерла. Визг боли вдруг прекратился, а по всему телу сущности прошла самая настоящая волна ужаса. Несомненно, она смотрела на меня и не могла пошевелиться от собственного страха. Одинокий в моей руке торжествующе дёрнулся, и я, вернув себе за эти мгновения передышки способность нормально двигаться, бросился вперёд. Раз уж сущность дала мне такую возможность, грех ею не воспользоваться.