Сегодня я решил оптом выбрать все свои индульгенции от Зубовой. Думаю, что они мне больше не понадобятся, вне зависимости от того, как закончится сегодняшний вечер.
Потому что если всё получится — они мне больше не понадобятся в принципе, а если не получится, то… в них больше не будет необходимости.
— Ну, Вадя, хоть сегодня не подкачай, — я подмигнул своему отражению.
Накинув сверху пальто, естественно, тоже соответствующее случаю, я взял ключи от автомобиля, на котором на работу в клинику ни разу не приезжал.
Сегодня пофигу, сегодня можно и нужно.
Булочка должна прочувствовать всю важность момента и всю свою ценность для меня. Резко выдохнув, я бережно взял в руки красивую коробку, чтобы ничего не поломать, и спустился на лифте в подземный паркинг.
Мой “золотой сенат” стоял, гордо сверкая литыми дисками и поблескивая графитовым глянцем по бокам. Красавец. Это была самая безумная моя покупка, но я ни разу о ней не пожалел.
И сегодня я намерен сделать самое дорогое приобретение своей жизни — с ним не сравнится больше ничего. И этого немного мандражировал.
— Да кому я вру! Я ссу, как щенок в первую в его жизни грозу! — в отчаянии прорычал я на весь паркинг, чуть не пнув по колесу — нога замерла в сантиметре.
Я осмотрел свой ботинок и вздохнул. Сегодня я должен быть безупречен!
Открыв багажник, я положил туда коробку и укрепил её ремнями для фиксации багажа. Затем сел в салон и судорожно выдохнул.
— Не подкачай, дружище, — я любовно огладил кожаный руль и повернул ключ в замке зажигания.
Мотор зверя ласково и почти бесшумно заурчал, сообщая, что он не подведёт и вообще — будет паинькой. Пристегнувшись, я вырулил из паркинга и выехал на улицу. Что ни говори — а мы выглядели, как готы на сельской дискотеке: нас пропускали даже автобусы! Полагаю — просто от неожиданности увидеть такой лайнер на дорогах нашего города.
Сегодня я стопудово попаду в новостные ленты каких нибудь блогеров, но не это было моей целью. Доехав без происшествий до клиники, я припарковался напротив входа и стал ждать, поглядывая на часы.
Скоро должна появиться Миюша.
Мимо меня, смешно галопируя, чтобы не упасть на гололёде, пролетел какой-то смутно-знакомый растрёпанный мужик и залетел в клинику.
— Прижало кого-то, однако, — пробормотал я, вглядываясь в вечерних зимних сумерках в двери клиники, боясь пропустить Булочку.
Но я зря опасался — ее появление пропустить было невозможно!
Мия вылетела, как фурия. из дверей клиники и понеслась, размахивая сумкой на парковку. Следом за ней бежал тот самый растрёпанный мужик и с перекошенной мордой, брызгая слюнями, что-то кричал.