Так-то на внешний вид тут всем наплевать, но если смотреть по факту, наше собрание было ничем иным как военным советом единственной оставшейся реальной силы в этом регионе. Проводись такое мероприятие в нормальной, регулярной армии, участники вовсю щеголяли бы блеском золотых погон, с умным видом рассматривая свежайшие спутниковые снимки. У нас же не только погон, но и снимков, тем более спутниковых, не имелось. По сути, всё что у нас было, это донесения расставленных по периметру города групп, да нечастые доклады разведки. Не хватало людей, техники, постоянные, и от этого весьма масштабные проблемы со связью заставляли нас больше гадать, чем исходить из реального положения вещей.
— Вот пленных допросим, тогда и узнаем… — Сказал Петрович. Я комментировать не стал, прекрасно понимая что всё равно толку не будет, пока сами не убедятся. Главное чтобы сначала Виктор поработал, а там пусть делают что хотят.
Разговор продлился ещё какое-то время, но ни к чему мы так и не пришли, информации было просто критически мало.
Закончив с трапезой, я дошел до помещения в котором под охраной и наблюдением врачей находились оба пленных ящера. Один был совсем плох, второй же пострадал не так сильно, но в себя пока ещё не пришел.
— Ну как? — спросил я у Виктора, который с «застывшим» лицом стоял напротив двери.
— Пока никак. — покачал головой тот. — Обрывки образов, бред, галлюцинации. В таком состоянии толку точно не будет, ждать надо когда очухается…
Ждать пришлось недолго, мы только успели спуститься вниз, на стоянку машин, как нам сообщили о пробуждении «гостя».
Вернувшись обратно, я взял стул и поставив его напротив прикованного к кровати «больного», попытался завязать разговор. Принцип всё тот же, я спрашиваю, Виктор смотрит на реакцию.
— Как твое имя?
Услышав понятную речь, ящер явно удивился, но быстро взял себя в руки, делая вид что не понимает.
— Что было вашей целью? Откуда появились другие машины? — продолжал я.
— Кто старший группы? Какая численность основных сил? Сколько у вас машин?
Быстро переходя от одного к другому, я не ждал ответов, стараясь чтобы вопросы звучали неожиданно. По словам Виктора так было больше шансов выудить что-нибудь стоящее.
Спрашивал прямо про цель нападения, переключался на семью, интересовался сослуживцами и прочими, даже кажущимися совсем неважными вещами. Поначалу допрос казался чем-то несложным, но в итоге выдержав минут сорок такого «галопа», я взял тайм-аут.
— Пока не особо понятно… Образы в его мозгу расплывчатые, как бывает у пьяных или обдолбанных. — развёл руками Виктор.