У меня все еще было очень много вопросов, но все резко закончилось. Стало понятно, как он оказался на территории комплекса — все это происходило у меня во сне. С первыми лучами солнца, проникшими в спальню, я раскрыл глаза и резко встал. Все было таким реальным, но осознание того, что все это мне просто приснилось добивало. Действительно ли он меня навестил или у меня просто разыгралось воображение? Теперь непонятно, как узнать.
Я расходился, сходил в душ, привел себя в порядок. Заглянул в зеркало и внимательно осмотрелся. Вроде всего пол года прошло, даже чуть меньше, а вид у меня усталый. Взгляд тусклый, морщины появляются, борода отросла. Я подстриг ее, чтобы выглядела аккуратнее, и самолюбование прекратил.
— Доброе утро, — нежно прошептала мне подруга, — тебе идет. — Улыбнулась она.
Я потер подбородок, приветливо кивнул.
— Доброе. Я шумел?
— Да нет, все в порядке. Майк, — она запнулась, села. — Хотела тебе кое-что сказать.
Я сел рядом, выжидающе на нее посмотрел.
— Скажи.
— Я понимаю, у тебя много дел, но… — мнется, никак не может подобрать слова. Глаза бегают, эмоция сродни тревоге, но не она. — Ты ведь не забыл Марину?
Я закусил губу. Не забыл.
— Нет, все время об этом думаю. — ответил я, немного подумав. Как ей объяснить, почему я ничего до сих пор не предпринял? — Мы обязательно туда вернемся, чтобы вытрясти все дерьмо из сборщиков. Из каждого.
Она кладет свою руку поверх моей, которой я уперся в кровать, и говорит:
— Я хотела сказать… возьми меня с собой, а? Я ведь теперь тоже кое-чего могу, — в ее руке загорается яркий, желтоватый шарик чистой и светлой энергии. Миг, и ладошку она захлопывает, а шарик растворяется легкой дымкой, оставляя едва уловимый магический след.
— Почему бы и нет, — не стал я долго размышлять. — В конце-концов, кто я такой, запретить тебе. Она обняла меня, как-то особенно крепко, и помолчав немного, просто прошептала.
— Спасибо… — коснулось ее теплое дыхание моего уха.
Я вспомнил Леона. Он искал Абсолют, чтобы воскресить брата. А я буду его искать для того, чтобы исправить свои ошибки. Пообещав Юле в ближайшее время сходить в бар и развлечься, мы выдвинулись в столовую. Вопреки ожиданиям, Илью не застали, хотя обычно в это время он уже завтракал. Да и вообще было как-то пустынно. В кухонной зоне, в открытой ее части, протирал столешницу Альфа. Обычный, без жутких выражений человеческого, нарисованного Хауллом.
— Доброе утро, господин, госпожа! — излишне лучезарный, приветливый дворецкий отвлекся от своего занятия и обратился к нам. — Чего изволите?