— Держитесь! — отдал я короткое, неинформативное, но такое нужное распоряжение по групповому каналу.
Боец в сияющем доспехе уже разворачивался, его молот выискивал меня для нового удара. Ощутил какой-то укол дежавю. Я также бегал от бойца с большим молотком. И еще побегаю. Черт. Я отбросил наваждение, сконцентрировал энергию ветра в клинках.
Повернуться к нему спиной — шаг смертельно опасный. Потому на помощь друзьям я подоспеть сейчас не могу. Придется разобраться с ним, остальные подождут. Каждый мой шаг был рассчитан, каждый удар выверен до миллиметра. Я успел почувствовать слабость этого выскочки — его чрезмерная самоуверенность.
В логах мелькнуло уведомление, но я скрыл его в ту же секунду, чтобы не маячило. Сути не уловил. Вместо этого — ринулся вперед, на подходе выкинул пару волн ветра вперед, перекинул стихию на воду, и на безопасном расстоянии попытался сковать движения воина света.
Водяные хлысты обвили его за грудь и шею, я услышал треск лопающихся металлических пластин. Захват врезался глубоко в броню, сминая ее, оставляя глубокие борозды.
— Ты считаешь, что сможешь меня удержать? — громыхнул он, скорчил страшную рожу, и, окутанный вспышкой света, так напоминающей способности Юли, высвободился от захвата, развеяв мою способность!
— Неа. Я знаю. — выплюнул я и сделал обманный рывок влево, меняя стихию на лед. Его молот ушел в сторону, но это было не важно. Мне нужно было лишь безопасно войти в его ближний бой, и я это сделал.
Паладин попытался закрыться щитом, но я уже был позади. Один кинжал нашел щель между пластинами брони, второй последовал за ним, вскрывая его как консервную банку. Удар, еще один. Поддоспешник проминался как масло под горячим ножом. Энергия льда взвыла вокруг, проникая в его плоть и замедляя движения.
Сработало. Замерзать он стал изнутри, сначала быстро растеряв скорость, а вскоре и вовсе застыл. Здоровье удалось опустить до желтой зоны, навскидку до половины, а значит еще несколько результативных атак и сильнейший из охранителей разлома падет.
— Майк, помоги! — жалобно простонала Юля, теперь только защищающаяся. Человеческие рефлексы не победить каким-то там колечком или способностью. Поток атак шел по ней так стремительно, что все, что она могла — зажмуриться и парировать копьем. Этот охотник на демонов был редкостной занозой. И до него еще предстоит добраться.
Я вложил все напряжение последних пятнадцати минут в эти удары, отрывая куски от полоски здоровья насквозь промерзшего противника. Вылечить его было некому. Я видел, как Илья добивает их жреца, наконец-то пойманного. Последний точный удар в горло — и доспех паладина перестал сиять.