Проведя несколько итераций, Хаулл сделал последний «пасс», будто толкая пальцами ко мне что-то. Со стороны, несведущему человеку легко покажется, что у нас тут сеанс спиритизма, не иначе.
Я же, застыв с раскрытым ртом, наблюдал нечто похожее на голографическое проявление интерфейсного меню в реальной жизни! Привычное мне окно, смахивает на список друзей, но таковым не является. Я вгляделся. Это список, тут в точку. Но не друзей. Сверху окна — дата и время. Сегодняшний день, час, минута. В основном теле меню имена, уровни, и цифры рядом. Ранжируемые от единицы до пятисот. В конце списка — мое имя.
— Это по прежнему не дает никаких ответов. — и что я должен был понять, кроме того, что он и его фракция знают про так называемый топ?
— Хорошо, что ты не строишь из себя идиота и не удивляешься увиденному. — окно закрылось, мой собеседник откинулся в кресле, сложив руки замком на животе.
Как он это сделал? Вывести в реальность проекцию интерфейсного окна. Может, это работает только между двумя такими обладателями системы? Вероятно, стоит проверить, но позже. Седой набрал в легкие воздуха, приготовил длинную речь.
— Наша цель, как и любой другой организации, прямо или косвенно связанной с топом, достижение Абсолюта. — выдохнул.
— Первое место? — спросил я почти что очевидное, но нужно подтверждение. Я пока как слепой котенок.
— Совершенно верно. Чем больше сторонников работают в одном направлении, тем выше шансы. — подтвердил мою догадку Хаулл.
— Потому вы меня и вербуете? Вроде как, добился, почему бы не дать шанс? — я потер пальцами виски. Воздух спертый, дышать нечем.
— Не-а. Просто убить тебя, чтобы стереть твою строчку с пятисотого места по времени более затратно, чем тебя нанять. — совершенно холодно, я бы сказал замогильно, констатировал старик.
Умирать сегодня в мои планы не входило. Откровенно говоря, я бы хотел уйти отсюда на своих двоих и при своем. Я все еще колебался вступать в прямую конфронтацию, слишком много неизвестных в уравнении.
— Предположим, я соглашусь. Но, для начала, я хотел бы задать больше вопросов.
— Ха, мы не торопимся. Выпьешь? — подмигнул мне повеселевший старик. Я помотал головой.
— Откажусь. — собеседник пожал плечами, а после, ровно так же, как и я, вынул из подпространства пыльную бутылку из мутного, коричневого стекла без этикетки и пару роксов. Откупорил пробку, разлил на донышке что-то, напоминающее виски или коньяк.
— Спрашивай, чего уж. — он сделал глоток, одновременно с этим толкнул мне стакан по глянцевому лакированному деревянному столу. Жидкость плеснула, но не перелилась.