— А вы предлагаете сплотиться вокруг слабого короля? Может нам и светлых отцов продолжить слушаться? Хотите дождаться тех времен, когда они поведут нас на корм вампирам?
— Не переигрывайте. Светлая Церковь предала нас, но не нашу расу.
— Я услышу ваше предложение или нет?
— Менять династию я не буду, поддерживать короля тоже.
— И что же вы будете делать?
— Заложу свои земли столько раз, сколько смогу, продам все, что могу продать и покину королевство.
— Это…
— Местная возня мне надоела. Перспектив у нее нет. Начну все сначала в империи.
— Вы не патриот!
— Сейчас это волнует меня в последнюю очередь.
— Мы умирали храбро сражаясь, а эти…
— Потише, господа, или хотите оказаться на костре?
— Мне уже ничего не страшно. Я вел солдат в бой. Штурмовал этот трижды проклятый Вал. Хоронил братьев. Лишился ноги и ради чего? Толстопузые нас предали!
— Это так, господа, но это не повод кричать об этом на каждом шагу.
— А у вас есть другие предложения?
— Инквизиторы арестовали генералов и увезли их на юг.
— И что? Обычная практика. Священники никогда не признают, что произошедшее поражение это их вина. Легатов казнят. Помочь им нельзя. Если вы намекаете на это, конечно.
— Нет, вы сказали все верно. Я думаю точно также. Но хочу добавить, господа, что мы с вами живы.
— Надолго ли?
— Это зависит уже от нас. Военные и священники никогда не будут вместе. После казни легатов это ясно всем, господа. Если мы не будем кричать о своих мыслях на каждом шагу, найдем нескольких единомышленников…
— И зачем все это? Церковники крепко держат власть. Переворот нам не устроить. Даже просто вывести полки на площадь не получится!
— Сейчас, да. Но ведь никто не мешает нам затаиться, воспитать правильно думающих офицеров и, я верю, что однажды, пусть не для нас с вами, но наступит возможность и мы скинем этих тварей и вернем себе власть.
— Затаиться и ждать?
— И готовить смену, господа. Правильные офицеры с правильными мыслями могут многое.
— Без магов мы обречены.
— Маги думают как мы. Договориться труда не составит.
— Так может ударим?
— А вот ударить мы пока не можем. Но однажды, однажды мы обязательно ударим. И тогда живые церковники позавидуют мертвым.
— Отец ценил вас и вашу работу, ваше высокопревосходительство. Но в свете всего происходящего в стране, мне на посту канцлера нужен истинный патриот своей страны.
— И кто это, ваше императорское величество? — Розу очень хотелось оторвать императору Альберту голову, но смерть сразу двух императоров за одну неделю это не то, к чему он готов и что планировал.