— Как думаете, сегодня обойдётся без сектантов? — в голосе Терра сквозило праздное любопытство без малейших ноток беспокойства. — Говорят, запускать зрителей будут теперь не с парадного входа, а через коридор сразу к стадиону. И выпускать так же. Чтоб ни одна мышь не проскользнула.
— Ну и правильно! — фраза прозвучала резче, чем Руби хотела, поэтому девушка тут же осеклась. — Правильно, — уже мягче сказала она. — Так и следовало делать изначально. Хватит уже незваных гостей. Территория кампуса должна оставаться нашей территорией. Контролируемой и безопасной.
— Слушай, Рэй… — начал Терр. — А что с медальоном?
— В смысле? — не понял я. — Что с ним должно быть?
— Ну, ты когда достал его, не было ли у тебя чувства, что он принадлежит тебе?
Я помотал головой и нахмурился. Почему-то почувствовал, что этот вопрос меня в какой-то степени… ранит?
— Ни свечений, ни вибраций, ни какой-то бы то ни было «особой связи». Ловкость рук и никакого мошенничества, — рассмеялся, чтобы смахнуть налёт разочарования с мыслей об артефакте.
— Ясно… Жаль, было бы здорово…
— Но ведь он даже не попал в список основных кандидатов! — вклинилась Руби. — Значит, по ДНК он не может быть потомком. Нет пересечений, — последнюю фразу она произнесла с нотками гордости, потому что сама каким-то образом в списке присутствовала. — Так что без шансов!
И это почему-то очень задело. Руби была прекрасной девушкой, и я не мог испытывать к ней никакого негатива, но в тоне и фразе было что-то такое, будто она специально захотела меня уколоть. Отсечь любые аргументы в пользу того, что у меня есть шанс.
Конечно, отвергнутая барышня способна и не на такое, а эта действительно была в меня влюблена, но всё равно выглядело это так себе. Мы были хорошими друзьями в первую очередь, поэтому её холодное «Без шансов!»… Резануло по живому.
— А кто вообще сказал, что преемник это потомок? — возмутился я в сердцах. — Где написано, что должно быть совпадение по ДНК?
Последовала тишина и неловкие переглядывания. Затем Руби поправила волосы за ухо, поправляя шапку, и мягко, как ребёнку, сообщила мне истину, в которой не сомневалась:
— Сам подумай, Рэй, разве может преемником стать какой-то левый человек? Конечно, это будет кто-то из рода Великого Воина.
— Да кто сказал? Адан Мун стал Великим Воином не потому, что родился таким. Он стал потому, что в нём раскрылся дар Печати Хаоса, как в самом достойном. И никто не может спорить, что он действительно был самым достойным. Он объединил Героев, вёл их в победе над монстрами и в итоге… что? Возможно, пожертвовал собой, закрывая последний разлом. Ведь его следы развеял ветер. И его больше никто никогда не видел.