— Какой красавчик твой Мигель, — начала подруга, когда мы неспеша колесили к месту просмотра новой недвижимости, которая, вполне возможно, скоро станет нашей.
— Да не мой он, — выдала я, включая поворотник и перестраиваясь в левый ряд.
Подруга вновь трещала без умолку, а я просто вела машину. Меня спасло, что мы уже скоро были на месте, и ей пришлось прерваться в восхвалениях моего преподавателя.
Здание нам понравилось, и мы решили купить его, к тому же красивые глазки и сладкие речи Алексы выбили нам хорошую скидку.
Вернувшись уже достаточно поздно, я рванула за детьми в школу.
Мара — моя спокойная старшенькая — была, как всегда, немногословна, а вот Рози за короткий путь домой успела мне в деталях рассказать весь свой день с подробностями. Я улыбалась и поглядывала в зеркало заднего вида, понимая, что разговора со старшей дочерью, вошедшей в период подросткового созревания, не избежать.
Ужин, дела семейные, чтение, уроки — и вот уже время сна.
Мелкая заснула сразу же, как только дотронулась ухом до подушки, а вот Мара еще не спала.
Запасясь терпением, вошла в ее комнату. В последнее время у девочки не особо клеилось общение со сверстниками из-за наших постоянных смен проживания. Не успела даже открыть рот, как дочь сама начала наш излюбленный и постоянный сеанс терапии.
— Мама, почему у меня нет подруг?
Я даже растерялась.
— Как же нет, доченька? Ты же говорила, что со всеми хорошо общаешься?
— Да. Но лучшей подруги у меня нет, — заключила она.
— Вот как.
Потом были претензии, обвинения в переезде, которые, если честно, не по адресу. Ну не скажу же я, что папа так решил и даже не посоветовался, словно наше мнение его не интересовало. Вздохнула, погладила дитятко по голове и чмокнула в макушку. Дочь залилась горькими слезами, а я завела свою постоянную лекцию на тему друзей, которую время от времени проводила с ней. Тринадцатилетние подростки и их видение мира. Очень сложно, но я помню себя: мне тоже все казалось тогда самым-самым и жизненно важным. Если что-то не получалось, как я хотела, — все: кошмар, катастрофа, ужас.
Приведя в очередной раз в норму своего ребенка, успокоив и уложив спать, поблагодарила себя за любознательность и прохождение курса по психологии с подачи Алексы, в том числе и подростковой.
Небольшое привидение своих собственных мыслей в порядок на террасе при лунном свете и звездном небе принесли некоторое успокоение. Марк позвонил из шумного помещения, сказал, что уже соскучился, перекрикивая громкую музыку и гул голосов. Я ответила, что тоже, и налила себе бокал вина. Ничего важного он не сказал и сослался, что ему пора бежать. Светлый напиток приятно мерцал в отблесках фонариков на территории и навевал какую-то странную печаль. Очередной вопрос: чего же мне не хватает — вновь не нашел ответа. И я ушла спать уже ближе к полуночи.