Материнство не сделало меня слабее. Оно сделало меня смертельно опасной.
База Камаля была похожа на военный лагерь. Мужчины проверяли оружие, изучали карты, готовились к бою. Когда они увидели меня, несколько человек переглянулись. Женщина, которая несколько часов назад родила, сейчас готовилась к штурму.
– Вот твоя экипировка, – Камаль протянул мне бронежилет. – Автомат, гранаты, рация.
Я надела жилет поверх еще полной груди. Он давил, причинял дискомфорт, но я терпела. Взяла автомат – знакомый вес, знакомое чувство. Саид учил меня стрелять в первые годы брака. «Жена должна уметь защитить себя», – говорил он. Тогда это казалось игрой. Сейчас стало вопросом жизни и смерти.
– План простой, – объяснял Камаль, показывая схему. – Проникаем через тоннель, нейтрализуем охрану, ищем Саида. На все – полчаса. Больше нельзя, подтянутся основные силы.
– А если он в плохом состоянии? Если не может идти?
– Несем на руках. Любой ценой выносим.
Я кивнула. Любой ценой. Именно так я и собиралась действовать.
Один из бойцов – молодой парень с рыжими волосами – подошел ко мне.
– Слушай, а ты точно справишься? После родов-то?
Я посмотрела на него долгим взглядом. В этом взгляде была вся боль последних месяцев, вся ярость оскорбленной женщины, вся материнская ярость защищающей детенышей самки.
– Справлюсь, – сказала я тихо. – Даже если буду ползти на животе.
Парень отступил, увидев что-то в моих глазах. Что-то, что его напугало.
В одиннадцать вечера мы выдвинулись. Пять человек против тридцати. Безумие? Да. Но иногда безумие – единственный разумный выход.
Я сидела в машине и думала о детях. О том, как Абдул вчера обнял меня на прощание. О том, как Амина сонно попросила вернуться побыстрее. О том, как Тимур спал в моих руках, доверяя матери свою крошечную жизнь.
Они все зависели от меня. От решений, которые я принимаю. От силы, которую нахожу в себе. От любви, которая оказалась сильнее страха.
– Ты готова? – спросил Камаль.
Я проверила автомат, передернула затвор. Металлический щелчок прозвучал как обещание.
– Готова.
Знаете, что такое материнская ярость? Это не эмоция. Это природная сила, первобытная и беспощадная. Это готовность сражаться против любых врагов, преодолевать любые препятствия, терпеть любую боль ради защиты семьи.
Сегодня ночью я стану оружием в руках этой силы. Стану женщиной, которая вырвет своего мужа из лап смерти или умрет в попытке.
Потому что некоторые вещи стоят любой цены. А любовь к отцу твоих детей – одна из них.
Машина остановилась у заброшенного завода. Впереди нас ждал тоннель, ведущий к логову врага. Впереди нас ждали пули, кровь, возможная смерть.