От Безбашенных отправился заправлять машину и пополнять припасы. Продал в аптеку Семен Семеныч янтарь. Докупил необходимое. Потом была тихая ночёвка. Утром отвел ребят на КПП, и туда к нам пожаловала Заноза, решившая приглядеть за всем собственными глазами.
Тяжелее всего расставаться было с Воробьем. У парня потекли слезы из глаз, но он держался. Мне тоже было нелегко, хотя прощались вроде не навсегда. Прощаясь, отдал Люси все потроха монстров, что у меня были. Не пожалел ни жемчуга, ни гороха. Оставил себе только несколько споранов на живчик. На девушку свалилось пусть не слишком великое по местным меркам, но все же, какое-никакое богатство.
Заодно передал Занозе лишнее. Решил, что помимо обычного своего вооружения возьму только пушку внешников. Оставил бы ее или Машку, но игрушка внешников не умела стрелять тихо, а из Машки уже с матерым рубером справиться было не просто, тогда как мини пулемет обещал гораздо больше в борьбе с развитыми заражёнными. Ну да я все равно собирался ехать серьезную часть пути на машине, да и попробовать новую игрушку в деле было нужно. А там уж, может, и решу с чем ходить.
На машине добрался от Мехзавода до самого леса, так словно ехал в относительно нормальном мире. Заражённые словно сговорились и не желали подставляться под доставшийся от внешников ствол. Пришлось специально остановиться и опробовать пушку в деле на ни в чем не виноватом далеком доме. Стрелял метров с пятисот и оружие показало себя с лучшей стороны. Оказалось что в моих руках реально мощь короткоствольного мини, но крупнокалиберного пулемета. Обладателю такого оружия на дистанции в половину километра, или даже немного больше, была страшна только элита. Ну, разумеется с оговорками.
Добравшись до леса, нагрузил все добро на себя и поперся пешком через заросли жалея, что дальше никак не проехать. Шли с котом не один день. Когда походили к дому покойного Бирюка, Дизель проявил непривычное беспокойство. Кот зафырчал и выгнул спину. Я подумал, что это из-за близости собаки, ведь даже на заражённых этот зверь так не реагировал, а просто тихо сваливал. Правда, на всякий случай я насторожился. Всякое бывает. Кот может и не на собаку так агрессивно настроился.
Подошли к закрытой калитке. Кот единым прыжком вскочил почти на всю высоту забора, вскарабкался и исчез во дворе.
— Блонда! — позвал я не слишком громко.
— Ууау. Ууау, — донеслось заунывное и какое-то скорбное тявканье Дианы.
— Катя! — крикнул я погроме.
Обошел забор и постучал в стену дома, все сильнее подозревая беду. Ответом мне снова был только лай. На этот раз собака выскочила во двор и загавкала несколько радостнее. Вернулся к калитке и, сбросив свою тяжеленую ношу перебрался через забор. Запах не так давно начавшего разлагаться тела я почуял почти сразу. Он шел от сарая, и Диана меня потянула туда же. Дизель сидел на крыше и с укором смотрел на вход в этот самый сарай.