Наскоро обыскал трупы, собрал оружие, найдя ещё пару ножей и пистолет, деньги, потом сел в девятку, в которой на переднем пассажирском сиденье уже уютно расположилась Сахариха, и дал по газам. Весь замес занял от силы пять минут.
— Куда ехать? — с любопытством спросила Светка, оглядываясь по сторонам. Её внимание привлекла теснота частного сектора в столице Украины. В Сибири лучше! По крайней мере, там было много земли, а здесь дома стоят вплотную друг к другу.
Однако через несколько минут езды появились обычные многоэтажки. Аэропорт находился всего в нескольких километрах от центра столицы Украины.
— В гостиницу ехать, куда ж ещё! — спокойно сказал Жека. — Язык до Киева доведёт. Хахаха! Это моя мамка постоянно говорила — её любимая поговорка. Кто ж знал, что она окажется пророчеством.
Дорожные указатели были в большинстве на русском, но кое-где стали меняться на украинский, что иногда вызывало у Жеки веселье.
— Это чё за улица Будивельникив? Будильников, что ли?
— На дорогу смотри! — коротко сказала Сахариха, не разделявшая веселое настроение любимого.
Да и как тут разделить — пришлось бросить шикарный дом на Рублевско — Успенском шоссе, сытую жизнь дочери влиятельного человека и блестящее будущее. И променять её на вот это вот всё. Впрочем, несмотря на нынешний шик-лоск Светка так и осталась дерзкой дворовой занозой, и поэтому Жека никакого внимания не обращал на её недовольство.
— Свет, ты б лучше гостиницы посмотрела, где получше, — попросил Жека.
Ехал он аккуратно: город незнакомый, да и вообще сейчас, после Беловежских соглашений, иностранный, и приходилось чаще смотреть на указатели. Ещё и машин на дорогах много. Не сравнить, конечно, с Москвой, но явно больше, чем в родном Зажопинске. Автомобили тоже отличались от тех, что ездили по дорогам Сибири. Если в Сибири вовсю стали появляться праворульные иномарки из Японии: «Тойоты», «Ниссаны» и «Митсубиси», то в Киеве часто встречались иномарки из Европы. «Шкоды», «Фольксвагены», «Ситроены», «Пежо». В остальном отличие между городами особо и не было видно. Обычный совковый город, с которого только-только начала слетать красная краска коммунизма. В основном унылые девятиэтажки и разбитые дороги с коммерческими киосками и базарами по обочинам.
Сахариха затарилась в аэропорту рекламными брошюрами и буклетами и, пока ехали, внимательно изучала их. Естественно, в основном в них была реклама отелей, ресторанов и такси.
— Вот гостиница «Москва», — заявила она. — Сталинской постройки ещё. Надо на Крещатик какой-то ехать.
— Ох, где бы его только найти, — вздохнул Жека, внимательно смотря на дорогу.