Начало. Вечеринка в номере
Жека приехал с Элеонорой и Светкой в гостиницу «Авангард», и с удивлением узнал, что Ирина как ни в чём не бывало живёт у себя в пентхаусе, хотя, как он помнил, после нападения она должна лежать в больнице. Впрочем, когда ещё десять дней назад услышал про больницу, то сразу подумал, что эта информация может быть неправдивой, и полиция прикрыла его бухгалтера, взяв под охрану.
Элеонора, жена Сахара, сбежавшая с Жекой из Америки, поселилась на время в номере у Ирины, чему она была совсем не против. Себя Жека в этой ситуации чувствовал как какой-нибудь падишах с тремя жёнами… А как ещё можно себя чувствовать, если вокруг тебя такой цветник? Правда, цветник этот был с теми ещё шипами…
Первые два дня, прошедшие с того времени, как Жека вернулся из Америки в Германию, он не делал ничего путнего. Не занимался делами, полностью отгородился от мира. Были лишь бесконечный секс с любимой, хорошая еда и много сна. Всё вместе складывалось в какую-то фантасмагоричную картину, более подходящую развратным пирам Нерона. Походило больше на безумную страсть, а не на разумное влечение молодых людей.
И ведь этому были определённые причины. Всё время, пока Жека неотвратимо шёл по следу похитителей Светки, он передумал массу всего. В том числе и то, что, может, не найдет её в живых. Даже в какой-то степени смирился с этим и иногда уже думал, как жить дальше. Эти мысли были горше всех, и с ними приходилось жить. Крепить себя, есть и спать. И идти вперёд. И думать, как самому не стать зверем и не потерять голову на бескрайних просторах беспредельной Америки. Все чувства, что были, запихнул поглубже, и когда почувствовал, что наконец-то дома, тогда и отпустил себя.
Оттого и нахлынуло сейчас. Всё нахлынуло. Однако и такой страсти рано или поздно приходит конец, и надо как-то жить дальше. А как жить? Жека понял, что, пока Сахар-старший сидит в Москве, в большом авторитете у правительства, спокойной жизни ему не будет ни в России, ни в Германии, и вообще нигде. Поэтому решил, что проблему с этим подонком надо решить кардинально, раз и навсегда. Но как? Этот упырь же отец его Светки! Без её согласия нечего было и думать приступать к мутке против него.
Сама Светка, естественно, была против, чтоб Жека вплотную занялся её папашей.
— Нет! — недовольно сказала Сахариха. — Ты совсем с ума сошёл? Он мне отец, какой ни есть. Как можно его убить? Я даже Ромку не стала мочить, хотя он гондон ещё тот… Не хочу и отца. Плюс мама может пострадать, или расстроится.