Жека подошёл к Фирсу и посмотрел на здоровяка, сидящего в железной клетке и прикрывающего голень. Похоже, у амбала была раздроблена одна из костей голени — двигаться он не мог. А может, просто прикрывал рану, чтоб не дать развиться смертельному кровотечению. Фирс находился в недвусмысленном положении — получивший серьёзную рану, да ещё и запертый в клетке, он оказался брошен своими же на верную смерть.
— Открывай дверь! — велел Жека Коляну. — Надо всех этих чертей в больницу.
Пацаны не стали спрашивать, зачем и почему Жека так делает — босс сказал, ему виднее. У Жеки же расчёт был простой, как три копейки. По всему видно, что Фирс — солдафон, и значит, умом не сильно богат. Но боец при этом он был отменный, так же, как и профессионал — Жека заметил шрамы на теле и лице Фирса от ножей, осколков и пуль. Если человек выжил после стольких прилётов, с ним можно иметь дело. Надо только уметь его приручить…
— Берите его и тащите в тачку, ту, которая с охраной шлюх, — велел Жека.
— А… Охранники? — недоумённо спросил Витёк.
— Щас я с ними разберусь, — заявил Жека и хотел уже пойти на улицу, как вдруг охранники забежали сами. Увидев гоняющуюся толпу зрителей, смывающихся кто куда, они решили проверить, что там происходит внутри. И сходу нарвались на Захара с Жекой. Пара минут боя, и оба амбала лежали без сознания на бетонном полу.
— Ну всё, пошли! — скомандовал Жека. — Тащите Фирса в тачло. А этого…
Жека хотел захватить с собой и прибитого азиата, но тот, на удивление, очухался, хотя, казалось, при таких ударах, нанесённых Фирсом, это было невозможно. Однако через мгновение азиат сел на жопу, а ещё через мгновение, потряся головой и словно вытряхивая из неё ненужный мусор, вскочил на ноги и зорко огляделся.
— Нихера себе! — удивился Жека. — Я думал, его приколошматил этот медведь…
— А ты думал, тут всегда всё взаправду? — усмехнулся Фирс. И неожиданно сказал это по-русски.
— Вот нихера себе поворот сюжета, — удивился Жека. — Ты чё, тоже из Раши?
— Из неё! Перебрался сюда как этнический немец из Поволжья, по горбачёвскому переселению, — признался Фирс. — Только после того, как я оттуда смылся, успел уже и во французском Иностранном легионе послужить, и в частных военных компаниях.
— А чё ж тут сейчас хернёй занимаешься? — спросил Жека, идя рядом с Фирсом, которого тащили Захар и Колян.
— Деньги всегда нужны, — поморщившись от боли в ноге, ответил Фирс. — Адам конечно, гондон, но платит без кидалова. Бои договорные, сам понимаешь. Если я побеждаю два-три раза, буржуи начинают ставить на меня. Но я проигрываю какому-нибудь бомжу. Причём, на вид всё честно. Потом бомж мочит всех бойцов, ставят на него, и он тут же проигрывает, опять сливая бабло Адаму. Все довольны были, пока ты не пришёл. Кранты тебе от Адама. У него крыша знаешь какая?