Господин Жучирин кивнул.
— Тогда дело плёвое, — улыбнулся Джон. — Скоро прибывает пассажирский пароход из Швеции, тебе нужно смешаться с его пассажирами и пройти пограничный контроль.
— Но у меня же нет билета! — воскликнул Сергей.
— Билеты проверяют при посадке, — наставительно молвил мистер Джонсон. — И вообще не грузись. Кофе допьём и выходим.
В порт приехали на машине редакции, а то не хватало ещё мистеру тратиться на таксистов. Сергею дали треногу с кинокамерой и он шёл за Джоном, у которого на крайний случай есть корочки «пресса», хотя его в Англии каждая собака знает.
У самого парохода мистер Джонсон принялся задавать пассажирам тупые вопросы, типа как доплыли, и что-то писать в блокноте. А Серёжа поставил камеру и отошёл. Пришлось мистеру переть камеру обратно самому.
Встретились они у машины. Погрузили камеру в багажник, англичанин снова сел за руль, и они поехали. Джонсон по пути говорил:
— Теперь тебе нужно политическое убежище. Заявление подпишешь в редакции, я его протолкну в министерстве. А пока ты дашь мне интервью про свою нелёгкую долю и немножко про Артёма Большова. А то давненько о нём нет внятных новостей…
— Не надо про Артёма, — буркнул Сергей. — Не люблю говорить о мертвецах.
— Большов умер! — воскликнул Джон. — Когда?
— Погиб на дуэли, — скорбно поведал Серёжа.
— Это очень некстати, — недовольно сказал мистер. — Тогда букмекеры ошибочно перевели мне тридцать тысяч.
Серёжа открыл рот и удивлённо выпучился на Джона.
— Ну, Большов котируется в Сити с момента, когда вышла статья князя, и он вернулся с лыжной прогулки, — объяснил тот. — На факт вызова ставки не принимаются, только на исход. За его победу давали сорок процентов сверху… — Джонсон встал на светофоре и договорил. — Только букмекеры никогда не ошибаются. Впрочем, выпуск московской светской хроники прибудет в Лондон уже сегодня.
Господина Жучирина чуть инфаркт в молодости не хватил. Или инсульт. Не, дело есть дело, он в редакции смог взять себя в руки, подписал заявление и дал Джонсону интервью. Поведал, как Большов, этот кровавый монстр, убивает в думе всех противников и готовится к войне со свободной Европой.
Нанимает в дружину прошедших китайские контракты специалистов, закупает и совершенствует оружие. И вовсю сеет вражду к Европе в незрелом обществе Гардарики через газету «Московский еженедельник» и общественное движение «Отечество».
Господину Жучирину можно верить, ведь он приложил руку к созданию очень многого. Тогда господин Жучирин думал, что всё ради прогресса и торговли и не знал, какое боярин Большов чудовище. А когда всё понял, Большов натравил на него Православную Церковь, эту известную всему миру русскую инквизицию, и господину Жучирину пришлось бежать в свободную Англию.