— Пойдём, — шепнул я Куро и быстрым шагом направился к лестнице наверх, обходя огромную груду костей по кругу.
Куро постоял на месте пару секунд, задумчиво наблюдая за агатовым рыцарем, а затем поспешно нагнал меня. Кажется, убийца был чем-то обескуражен, но обсуждать это сейчас при рыцаре не собирался. Вскоре мы продолжили восхождение, оставив могучего голема позади.
— Не могу в это поверить! — возмущённо воскликнул Куро. — Он просто так тебя пропустил! А мне чуть кишки не выпустил, когда я пытался прошмыгнуть мимо!
— Как ему, вообще, удалось тебя достать? — поинтересовался я. — Ты же говорил, что ты неуязвим!
— Я говорил, что меня практически невозможно убить, особенно обыкновенным игрокам, но способности некоторых рыцарей находятся на совершенно ином уровне. Этот умеет обрывать действие других системных навыков, причём на расстоянии. Он выдернул меня из тени словно кролика из шляпы, а затем вспорол мне живот своим мечом.
— Но ты всё равно воскрес?
— Иначе мы бы сейчас не разговаривали.
Значит, либо воскрешающую способность Куро не так просто оборвать, либо же она вовсе срабатывает мгновенно. Вероятно, единственный эффективный способ ей противостоять — это не позволить её использовать вовсе… если, конечно, она не срабатывает автоматически.
Мы продолжали идти и идти вверх, а лестница всё никак не заканчивалась. Похоже, что она вела сразу на поверхность, минуя какие-либо тоннели или подземелья. На ступенях не было не пылинки, однако местами на них виднелись небольшие сколы и царапины, оставленные бесчисленным множеством некогда прошедших здесь големов.
Наконец, спустя ещё около четверти часа, я почувствовал то, чего не ощущал уже очень и очень давно — лёгкое дуновение по-настоящему свежего и слегка прохладного воздуха. Откуда-то сверху доносился едва уловимый шум воды, а вскоре я увидел и пробивающиеся наверх лестницы лучи солнца.
Я ожидал увидеть огромные врата или внутренний двор какой-нибудь хорошо защищённой крепости. Чего я не ожидал, так это того, что лестница приведёт нас в обыкновенную и довольно маленькую площадь, окружённую множеством четырёхэтажных домов.
Бежевые строения отличались от тех, что я видел на первом уровне, лишь своей высотой и более богатым убранством. За застеклёнными окнами виднелась дорогая мебель и пережившие испытание временем пышные шторы. У входных дверей имелись посеребрённые замки и ручки, а сами они были покрыты лаком и искусной резьбой.
Но, несмотря на все эти предметы роскоши, у домов отсутствовали огороженные территории, и сами здания были нагромождены впритык друг к другу. Да и судя по висящим у дверей табличкам, внутри каждого дома когда-то проживало сразу по несколько семей. Похоже, что, несмотря на всё богатство местных жителей, им приходилось жить в тесноте, экономя на каждом лишнем свободном метре.