— Так, — посмотрел я на бойцов. — Приготовиться! Бегом-марш!
Я побежал, за мной — полубоги, за полубогами — все остальные. Строй держался достаточно плотным, но при этом никто никому не мешался. Все бойцы были сосредоточены, а я буквально чувствовал исходящий от них воинственный дух. Сейчас будет интересно. Сейчас будет их дебют, и они точно не хотят облажаться.
— Они давят Легион! — крикнул Палиас.
Он дальше всех продвинулся в медитациях. Он уже мог частично использовать магическое зрение. Видел «отголоски» того, что происходило впереди. И он сейчас был прав. Противника на том направлении оказалось столько, сколько мы вообще не рассчитывали там встретить. Перехитрил? Скорее нет, чем да. Возможно, была перегруппировка, в момент которой мы и попали.
— В стороны! — вложил силы в свой голос Пал, из-за чего он громыхнул аки боженька.
— Вот он, истинный сын Посейдона! — воскликнул кто-то из бойцов, а все остальные поддержали это дружным криком.
И тут же устремилось вперёд водное копьё. Если кто-то из сыновей Спарты не ушёл в стороны… то это их сугубо личные проблемы. Но вроде как все успели отскочить… и потом часть вражеского строя буквально смыло. Не такая сильная волна, какая могла быть, но достаточная, чтобы проделать нам коридор. Легион же не стремился смыкать строй, пропуская нас вперёд.
— Хоу-у-у-у-у-у-у! — прокричали они, встречая нас.
Три… два… один… прыжок, обманный удар, боец, который оказался предо мной, попытался прикрыться щитом. Без ложного выпада, сразу со второго движения. Оружие ударило перед ним… а в следующий миг глефа вонзилась в него, а потом его буквально разрубило на две части.
Сразу несколько человек рядом рухнули. Ведь первым был укол, а потом вращение. Встал на ноги. Огляделся. Снова выпад, разворот, за ним очередной укол. Враг погибал быстрее, чем вообще начал осознавать, что происходит. Легион перестал пятиться, встал, временами по сторонам виднелись волны самоисцеления. Бойцы поддерживали друг друга. Но пару раз видел и большие, сильные волны. Ника вступила в дело, поднимая на ноги тех, кого не смог бы восстановить даже я.
Палиас ворвался следом. Каждый его удар — всплеск новой волны. Строи на этот раз не сносил, но его ударов хватало, чтобы валить группы бойцов с ног, даже если они прикрывались щитам. Артамена прорвалась за ним, исчезла, появилась через миг, снося кому-то голову. Опять пропала, появилась буквально в следующее мгновение, отрезав зазевавшемуся афинянину руку с щитом. Жестоко… но это война.
— А-а-а-а! — прокричал какой-то бугай, пытаясь испугать на меня.