Закончив с завтраком, я попрощался с семьей до вечера и отправился на учебу. По пути проверил новости, оставил распоряжения для Кристины, которая тут же подтвердила, что все будет исполнено.
Виталя молча вел машину, и я некоторое время смотрел в окно, обдумывая, что мне могут дать лаборатории Волковых. У нас ведь возникает небольшое двоевластие — несмотря на то, что оборудование и помещения принадлежат мне по воле Руслана Александровича, на разработки боярской семьи у меня никаких прав нет.
Святослав Святославович не показался мне глупым и заносчивым, однако я слишком мало с ним общался, чтобы предполагать, каким он окажется, когда разговор зайдет о его проектах. Но уверен, так или иначе, но мы обязательно договоримся.
В конце концов, двое умных людей всегда могут прийти к компромиссу.
Сегодня погода, несмотря на по-прежнему хмурое небо, позволяла дождаться одногруппников на излюбленной мной лавочке. Но первым я, к своему удивлению, не был.
— Петр Васильевич, доброе утро, —поздоровался я, приветствуя старосту.
— Утро доброе, Дмитрий Алексеевич, — ответил тот.
Я не стал откладывать в долгий ящик и сразу же перешел к делу.
— У меня возникли срочные дела, так что буду отсутствовать с завтрашнего дня и, предположительно, до пятницы. Возможно, вернусь только в понедельник, — сказал я Орлову, и тот легко кивнул.
— В таком случае я желаю вам успехов в делах, Дмитрий Алексеевич, — произнес он. — Насчет университетского проекта не переживайте — не все еще получили пропуски, и начинать без полного состава нашей команды было бы неправильно.
Я кивнул в ответ.
— Тоже так подумал, но я верю в наших одногруппников, они обязательно справятся. Кстати, почему вы сами не решились участвовать?
Тот широко улыбнулся.
— Дмитрий Алексеевич, я просто знаю свои пределы, — произнес Орлов. — И если внутри группы мне еще можно бороться за что-то, то на фоне других курсов — это слишком сложно. А я бы не хотел стать обузой для остальных участников.
Что же, это разумно. Знать, за какую черту лучше не переступать — важно. Я вот периодически срываюсь на бессонные ночи, и это плохо. Как наркоман лезу в лабораторию вместо того, чтобы отоспаться и полным сил взяться за дело. Но я такой уже очень много лет, а Петр Васильевич всего лишь молодой парнишка.
Молодой, но крайне разумный.
Понемногу подходили остальные наши одногруппники, мы вдвоем приветствовали всех, пока к нам не подошла Мэйлин. Китаянка выглядела торжественно и, кажется, светилась изнутри. Впрочем, учитывая расовую специфику азиатского лица, вряд ли это заметили все.