Поэтому, звоню я не ей, а отцу.
— Ян… Я как раз собирался тебе позвонить. Нам нужно поговорить, сын.
— Если ты мне хочешь рассказать какой я мудак, то можно опустить. Мама уже рассказала.
— Ян, я очень сожалею, что так вышло с Аглаей. И очень надеюсь, что не было никакого насилия с твоей стороны.
— Пап… ты серьёзно?
— Насилие бывает не только физическое, Ян. С юным наивными девушками эта грань очень тонка. Собственно, игра на этой грани и привлекает к ним взрослых мужчин. Ты же уже это понимаешь?
Растерянно зависаю, прокручивая в голове какие-то неоднозначные моменты нашего короткого романа.
— И надеюсь, это не твоя история.
Я на нее давил? Может быть…
— Но… — продолжает отец. — Но у меня сейчас совершенно нет возможности решать этот вопрос.
Это так. Отец сейчас круглосуточно решает все вопросы по бизнесу. Дед выпал из обоймы. Все свалилось на отца.
— И, честно говоря, обсуждать твои увлечения тоже. У семьи тяжёлый момент.
— Я понимаю…
— Мы можем потерять значительную часть активов.
— Я могу чем-то помочь?
— Можешь. У нас зависла серия сделок, которые проходят через Шаулиных.
Шаулины… Александра Шаулина — моя невеста. И наши бизнесы должны пожениться.
— Я уверен, что они притормозили, наблюдая, вернется ли в строй Андрей Григорьевич.
— В смысле? Они ждут смерти деда?! Шаулины?? Они же наши друзья!
— Партнеры, — поправляет отец. — Шаулин — акула. Потенциальный серьёзный конкурент. Но дед дипломатически переиграл отношения в партнёрство. И я хочу ошибаться, но очень похоже на то, что он ждёт. Если они захотят сыграть нечестно, тогда активы зависнут у них. Они не доведут до конца цепочку сделки. Не все ее позиции оформлены «по-белому». Деда он кинуть побоится. Нас с тобой — нет.
— А что я могу с этим сделать?
— Пора включаться в большую игру, Ян. Ты же дерзал?
Мне казалось, я этого хочу! А сейчас… не знаю. Но и отказать отцу, подвести деда не могу тоже. Это моё наследство. Они его создавали. Мне его сохранять.
— В воскресенье я пригласил их на семейный ужин. Давай, попробуем удержать эту историю в рамках обозначенных договорённостей.
— Я понял. Я буду, конечно.
— Надеюсь на тебя.
Скидывает вызов.
Вот такой пиздец! — яростно пинаю колесо тачки.
Но это ничего не значит! — убеждаю себя.
Пусть доведут сделку, пусть встанет дед, а потом я вежливо сольюсь.
«Ян, ну ты где?» — приходит сообщение от брата.
«Пять минут».
А вопрос я свой с отцом не решил… Значит, мама.
Морально готовлюсь к оплеухам.
Но набираю. Это важно.
— Слушаю, — подрагивающим голосом отвечает она.
И надо извиняться! Надо каяться. Надо нормально все рассказывать. Но я не могу. Она не поверит, что это не блажь. Потому что, я бы и сам себе не поверил. Я хочу, чтобы она потом просто в этом убедилась!