Когда Зинаида Ильинична начала про недопустимость больших сборищ и не дай бог громкой музыки, моё терпение лопнуло.
— Все знаковые мероприятия со своей невестой мы, обычно, проводим в ресторанах, — после этих слов губы упрадома презрительно дрогнули, — Каждый понимает сказанное в меру своей испорченности, вот и вы меня неверно поняли. Небольшие посиделки с роднёй и близкими друзьями — это одно. А вот для крупных мероприятий надо накрывать большой стол. И я не хочу, чтобы с молодости моя невеста превращалась в помесь повара и уборщицы. Анна слишком красива для того, чтобы погрязнуть в бытовухе. Да и для кожи всякие готовки со стирками весьма вредны.
— Знаете, Лёша запрещает мне готовить или чего-то мыть. Обычно он всё делает сам. Он только гладить не умеет, — очаровательно рассмеялась моя красавица.
— Для мытья полов и прочих стирок есть специальные люди, которые и будут этим заниматься, — не поддерживаю веселья Ани и буравлю взглядом начавшую нервничать Ильиничну, — Касаемо праздников, то мы будем делать здесь всё что душе угодно. В пределах установленных норм приличий, конечно. Не удивлюсь, если ваши лётчики-истребители бурогозили здесь так, что милицию вызывали. И теперь главное — уже сейчас по своим заслугам перед страной я превосхожу половину ваших жильцов, если не больше. Моя невеста — будущая учёная, которая наверняка скоро превзойдёт половину перечисленных вами профессоров. Поэтому впредь прошу не смотреть на нас, как на грязь под ногтями и, тем более — не читать нотаций. Я вас больше не задерживаю.
— Вот зачем ты так жёстко, даже по-хамски? — Аня надув губки отвернулась к окну, — Пожилой человек, который просто ознакомил нас с правилами проживания.
Подхожу сзади и обнимаю аппетитное тело. Кладу подбородок на плечо и говорю.
— Есть разница между выполнением обязанностей и выражения презрения в сторону незнакомых людей, — решаю сменить тему и вывести мою скромницу из состояния обиды, — Давай опробуем оставленную здесь кровать. Судя по всему, она ещё весьма крепкая.
— Она же грязная, пыльная и вся в каких-то потёках, — воскликнула девушка обернувшись.
— То есть, против самого процесса ты не возражаешь?
— Мещерский! — глаза девушки опасно сузились.
Пришлось гасить конфликт самым простым способом. Целовались мы так долго и страстно, что чуть не свалились на пол. Посмеялись и решили, что срочно поедем испытывать прочность кровать у Ани дома.
Глава-12.
Честно говоря, я совершенно не ожидал того ажиотажа, который вызовет обсуждение формата «Международной панорамы». Не помню из истории, чтобы в СССР утверждали передачу на столь высоком уровне. А я вообще целую неделю провёл за новым проектом и не подготовился к обсуждению, хотя Месяцев меня предупреждал.