Пообещали ему с Галией серьёзно над этим подумать.
Пока разговаривали, уже и до посла с его заместителем добрались. Поздоровались, руки пожали, пошли уже в зал.
Посол ещё не успел выступить, как я, к своему удивлению, на ещё одного знакомого человека наткнулся. Вернее, знакомую — директора нашей камвольной фабрики Колесникову Валентину Петровну.
К моему удовлетворению, она полностью выполнила всё то, о чём мы с ней договаривались. А именно, что если встречаемся где‑нибудь в общественном месте, то делаем вид, что незнакомы.
Она с мужем была. Моргнула пару раз, увидев меня, но прошла мимо.
Я не сразу, но сообразил, что она может делать на приёме в индийском посольстве. Камвольная фабрика… А у Индии в данный момент на экспорт в больших объемах из готовой продукции практически, кроме текстиля, отправить‑то и нечего.
Впрочем, Китай тем же самым прямо сейчас страдает. Трудно даже представить, как под натиском западных технологий и инвестиций его экспорт изменится за следующие десятилетия…
Но на этом вечер встреч не закончился. После речи посла пошли знакомиться с местными блюдами — и почти сразу я наткнулся на Кожевникова Никиту Богдановича. Того самого очень серьезного чиновника из ЦК КПСС, которого пытался Самедов натравить на меня, но результат совершенно обратный вышел.
Не сказать, чтобы Никита Богданович был рад меня видеть, но все же поздоровался, в том числе и за руку.
Ну да, мы, конечно, с Васей-негром всё сделали для того, чтобы помочь ему Самедова разоблачить. Но естественно, что сама сложившаяся ситуация произвела на него негативное впечатление. И плевать, что никакой моей вины в том вообще не было.
Но люди в целом не любят возвращаться к неприятным впечатлениям и подсознательно ассоциируют с ними всех тех, кто даже случайным образом в тот момент рядом оказался.
Так что я на реакцию Никиты Богдановича не обиделся. Мог бы, если бы сволочью был, вообще мимо пройти, сделав вид, что мы не знакомы. Просто он, как и все мы, заложник своей психологии. Не осознаёт этого и в силу этого и бороться с этим не может.
Как‑то мне почему‑то казалось, что мы на этом приеме с Мироновым обязательно встретимся. Но Миронов нам на глаза не попался.
Зато встретили Нонну Мордюкову. Вот уж яркая актриса, забыть которую невозможно, даже если десятилетиями никаких картин с ней не смотрел!
Как обычно, за автографами я к звезде не полез, но приятно, конечно, было видеть поблизости одну из самых мощных актрис семидесятых и восьмидесятых.
Она и сейчас уже была очень популярной. Неудивительно, учитывая, сколько лет уже и в театре играет, и в кино снимается. В принципе, показатель популярности актера в СССР, помимо народной любви, — это когда о тебе документальный фильм снимают. А мне в прошлом году кто‑то говорил, что в кинотеатре перед художественным фильмом фильм, снятый именно про нее, крутили.