— Что такое, сын? Ты думаешь, что это всё равно недостаточно хороший подарок? — забеспокоился тут же Тарек.
— Папа, ты же ничего не знаешь о Советском Союзе, — наконец смог заговорить Фирдаус. — Зачем ты так поступил?
— Ничего не понимаю, сын, объясни же наконец. Что тебя так взволновало? — развёл руками недоумённо Тарек.
— У них же там не только плановая экономика, у них же ещё есть различные весьма специфические законы, отец. Просто скажу тебе, что если у Павла найдут этот телефон, сделанный из золота, то его сразу же в тюрьму посадят за полтора килограмма золота…
— В тюрьму⁈ — был шокирован Тарек.
— Да, отец, в тюрьму — без всяких шуток и надолго. А если стоимость будет превышать определённую планку, то в СССР даже и расстреливают.
— Просто за то, что у человека есть полтора килограмма золота? — В ужасе снова спросил Тарек, все еще не в силах поверить в эту информацию.
— У них, отец, есть статья «спекуляция». По ней можно судить любого, кто скупает что‑то, чтобы перепродать потом подороже.
— Но Павел же не покупал этот телефон — это просто наш подарок.
— Так ему это ещё доказать надо, что он не скупал золото, чтобы отлить из него телефон с целью потом перепродать с выгодой, — пояснил Фирдаус. — А ещё, как и везде, у них суровое законодательство в отношении взяток. А вдобавок они могут вообразить, что настолько дорогой подарок может быть связан со шпионажем, учитывая, где Павел работает. Я же тебе говорил, что он работает в том числе и в Кремле. Понимаешь, насколько для него опасно, если у него обнаружат эту вещицу?
— Какая же непонятная страна, — потрясенно покачал головой Тарек. — Похоже, сын, тебе надо как‑нибудь побольше мне о ней рассказать. Не те твои истории я слушал, что надо было. Получается, ты мне рассказывал о том, как учишься, какие у тебя друзья, какие у тебя преподаватели. А вот о таких нюансах я и не знал. Значит, у них там не только плановая экономика, но даже нельзя получать такие дорогие подарки или покупать что‑то, чтоб потом перепродать дороже, Фирдаус? Я глубоко шокирован.
— Надеюсь, Павел не поставил этот телефон в прихожей, где все его гости смогут его видеть. Кто‑нибудь же может и догадаться, — озабоченно сказал Фирдаус.
— Может, ему позвонить, предупредить его? — предложил Тарек, чувствовавший свою вину.
— Нет, отец, любой международный звонок на такую тему точно привлечёт как раз‑таки ненужное внимание к этому телефонному аппарату, — покачал головой Фирдаус. — К счастью, мы с Дианой уже достаточно скоро будем в Москве. Единственное, что я даже не представляю, как сказать ей об этом специфическом подарке. Она будет просто в ярости. Диана очень любит брата и не хочет, чтобы у него были неприятности, тем более такие опасные.