Настоял на том, чтобы все результаты нашего совещания мы оформили протоколом, который Вите поручили передать Гусеву.
— Пусть комсорг МГУ видит, что процесс идет, — объяснил я ему.
После этого вернулись на оставшуюся часть пары, решил посидеть немного со всеми на занятиях. Затем пообедал неспешно в столовой МГУ, работая параллельно над статьями для «Труда», и поехал выступать на ткацкую фабрику по линии «Знания». Раньше на ней не был, отчитал лекцию по линии партии на интернационализм, не получил ни одного вопроса, но уехал домой с очередным комплектом постельного белья. Забавный размен получился: вроде как откупились бельем, чтобы не задавать вопросы…
Вспоминал весь день, время от времени, вчерашнее обещание Васи о том, что вот-вот уже начнётся его рейд на заводе «Серп и Молот». Любопытно было, конечно, получится ли взять у него Вагановича или нет. Настрой у Васи был задорный и боевой, это, несомненно, радовало.
Но вот получится ли всё реализовать так, как задумано? Дело всё же это достаточно непростое.
Так что, приехав домой после лекции, первым делом осведомился у Валентины Никаноровны:
— Не звонил ли мне кто-нибудь?
— Звонили с радио. Та же девочка, что и обычно, причем с самого утра почти. — сказала она. — Паша, я записочку на холодильнике прикрепила.
Да, вовсе не тот звонок, которого я ждал… Хотя ладно, радио тоже нужно. Неплохо выходит придумывать новые идеи для статей в газеты, а потом, пока на радио выступаю, столько всего наговорю, что и готовая статья в голове сразу образуется. Так что направился к телефону, чтобы набрать Латышеву. Но не успел трубку снять, как аппарат сам зазвонил, и вот этот звонок уже оказался от Васи…
— Ну что, Паша, танцуй, — довольным голосом сказал он. — Не знаю, как там дело дальше пойдёт в суде, но Вагановича твоего мы взяли. Причём не только с помеченными купюрами, но и с пальчиками на них и на конверте. Представляешь, он пересчитывать деньги взялся, получив их от своего сообщника. Потом пытался припрятать в ящик стола, но естественно, нашли при обыске…
— Ну так это же вообще здорово, что оставил пальчики на переписанных купюрах, — сказал я с энтузиазмом. — Гораздо более весомые улики, чем просто конверт с деньгами в ящике, который достали в присутствии понятых.
— Ого, даже не ожидал, что так хорошо разбираешься в нашей специфике, — похвалил меня Вася. — Да, ты абсолютно прав. Это более веская улика. Уже не попытаешься отмазаться, сказав, что не знал, что в конверте. Но неожиданные неприятности всё равно возможны, к примеру, если вдруг резко поменяет показания тот, кто давал взятку. И такое у нас тоже случалось. Ты только извини, я фамилию взяткодателя упоминать пока не буду. Ни к чему тебе сейчас все подробности эти знать про Вагановича. Я тебе вообще про арест его сказал сейчас, потому что из-за него же тобой всё и затевалось, насколько я понимаю…