Забавно получилось — его враг Назаров, желая его закопать, сам передал Андропову доклад, который его сейчас здорово выручит, если председатель решит вдруг обрушиться на него с критикой на работу штатных аналитиков первого управления. Кто помешает ему сказать, что он и сам был недоволен их работой, поэтому и привлек внештатного аналитика, который и дал совершенно верный прогноз, на основе которого он предпринял определенные действия, которые смягчили негативные последствия от военного переворота? В частности, еще в августе были предупреждены о необходимости усиления мер безопасности наши нелегалы в Чили, а также те чилийцы, что сотрудничали с комитетом.
Никаких поручений по поводу Ивлева Вавилов Комлину не давал, но, когда он открыл записку, было очень приятно, что генерал сам сообразил, что к чему. Он пояснял в начале записки, что его и нескольких аналитиков вызвали к Андропову именно по поводу прогноза Ивлева, поэтому он решил, что его непосредственному начальнику пригодятся дополнительные материалы по нему.
Записка состояла из трех частей. Комлин внимательно поработал с психологом, который уже имел дело с Ивлевым, побеседовал также с куратором Ивлева Румянцевым. А в третьей части прилагались выводы аналитиков по прогнозам Ивлева. Как было указано, они проанализировали практически все документы, которые смогли найти по нему, все его возможные доклады и выступления, даже статьи в газетах внимательно прочитали.
В наибольшей степени Вавилова заинтересовали именно первая и вторая части. Что касается третьей, ничего особого нового он для себя не увидел, поскольку все прошедшие месяцы внимательно отслеживал сам все эти источники. Да, парень постоянно делал прогнозы, и да, они имели свойство сбываться — этим его удивить уже никак было нельзя. Но он прекрасно понимал также, что во время разговора с Андроповым речь будет вестись главным образом о том, каким образом комитет дальше должен сотрудничать с Ивлевым.
Так что с этой точки зрения для него и имели особую ценность первая и вторая части присланной генералом Комлиным записки. И психолог, и Румянцев рекомендовали, в принципе, одно и то же — слишком сильно на Ивлева ни в коем случае не давить. Он удовлетворённо кивнул, потому что и сам имел схожую точку зрения. И нужно будет обязательно в ходе разговора с Андроповым эту мысль до него довести в полном объёме, так как Андропов был достаточно жёстким человеком и мог, к сожалению, палку и перегнуть. Но, решил он, буду надеяться, что все же у меня получится повлиять на его решение в ходе нашего взаимодействия. Не хотелось бы терять тот толк, что есть от прогнозов Ивлева, из-за того, что Андропов рубанет шашкой с плеча и тот не захочет больше сотрудничать с комитетом…