— Да никак не объяснил, — пожал плечами Захаров. — Он ни словом об этом со мной не обмолвился, делает вид, что так и надо. Вопросов никаких не задавал, пояснений не требовал. После выхода статей про площадки, в положительном свете его выставляющих как автора идеи, косвенно выказал мне свое одобрение. Но ни про установку площадок, ни про какие-то нюансы, с ними связанные, он со мной ни разу не советовался, вообще эту тему не поднимал.
— Ясно, — кивнул я, — а как эти статьи вообще появились, в которых Гришин выставляется автором этой идеи с площадками? Сами по себе?
Конечно, я прекрасно понимал, что не сами по себе…
— Ну, это была моя инициатива, — развел руками Захаров. — Но я сделал все так, чтобы концы ко мне не вели, если начнут искать автора идеи.
Да ладно! — подумал я. Гришин и искать не будет. И так понятно, кому это было выгодно…
— Но вы же понимаете, что в ближайшее время произойдет? Своими глазами наблюдали, что у меня во дворе творится. — решил все же уточнить я у него.
— Совершенно четко понимаю, — ответил Захаров. — Мой помощник доложил, что площадки уже установлены и сегодня были открыты для использования.
Я чуть не присвистнул в изумлении. Оперативно сработали, нечего сказать. Хотя и понятно, что при наличии личной заинтересованности градоначальника в условиях СССР любая работа спорится.
— Сейчас главное пережить те проблемы, которые у меня могут возникнуть, когда Гришину прилетит от других членов Политбюро. — добавил он.
— Ну, тогда тем более, — сказал я. — Давайте спрогнозируем ситуацию. Гришину явно в ближайшие дни начнутся звонки от возмущенных членов Политбюро. Они привыкли к тишине и уюту своих жилищ, а тут шум, гам, толпы незнакомых детей со всех окрестностей… Звонящие будут вполне себе резонно спрашивать Гришина, что творится и почему их респектабельные дворы резко вдруг перестали быть таковыми и конца и края этому не предвидится.
— Ну да, — пожал плечами Захаров. — Примерно так все и будет. Причем скоро…
— И как в такой ситуации будет действовать Гришин? — продолжил я мысль. — Просто отмахнуться от претензий таких людей у него не получится.
— Именно, — Захаров посерьезнел. — Ему теперь точно не позавидуешь, крутиться будет, как уж на сковородке. Если повезет, то и слетит со своей должности. И у меня появится шанс сесть на его место.
Последние фразы он сказал, понизив голос и оглядевшись по сторонам.
Вот совсем не уверен я, что на такое хлебное место именно Захарова Политбюро посадит, даже если и так все сложится.
— Но если не слетит, то когда все поутихнет, он же начнет виноватых искать, — спокойно подытожил я. — Если даже сразу вдруг не сообразит. Но он умный мужик, по слухам, так что быстро поймет, что к чему.