— Так это та девка, похоже, что всё приставала к нему во время похода? — злобно сказала Карина. — Мы там в походе познакомились с компанией, когда после Калинина на водохранилище решили остановиться отдохнуть. Начали общаться вместе, так эта Наташа сразу же на Мишку глаз положила, хотя знала, что мы с ним встречаемся. Такая наглая она оказалась. Сразу начала глазки ему строить и кокетничать. И всё время втихаря про меня всякие гадости говорила и ему, и всем остальным. Это я позже уже узнала…
Женька аж поперхнулась от возмущения.
— И что, Миша поверил ей?
— Ну да, — всплеснула руками Карина, входя в роль, — это и стало последней каплей для меня, после которой я решила порвать с ним. Мало того, что не хочет заботиться и вести себя, как настоящий мужчина, так еще и верит первой попавшейся юбке и волочится за ней у меня на глазах. Зачем мне такое нужно? Он ведь с первой встречи как телёнок смотрел ей в рот. Меня это тоже разочаровало в нём очень сильно, — добавила Карина. — Что за парень будет слушать какую-то деревенскую наглую простушку из Калинина, которая способна любые гадости про людей рассказывать, а на свою девушку внимания не будет обращать? А мы ведь с ним уже к тому времени встречались несколько месяцев…
Карина ещё довольно долго и в красках расписывала Женьке те ужасы, что творила Наташа. Та была возмущена до глубины души и осуждала поведение и Наташи, и Миши.
— Вот уж никогда бы не сказала по виду, такой хорошей она мне показалась на первый взгляд, — сообщила Женька разочарованно,
— Ты смотри, если еще будете общаться, с ней ухо востро держи, — посоветовала под конец Карина. — Неизвестно вообще, что у неё в голове. А вдруг она позарится на твоего Костю? Узнает, что у твоего мужа отец генерал… Она очень расчетливая и способна на что угодно, — предупредила она Женьку Брагину.
Москва, Комитет партийного контроля при ЦК КПСС
Владимир Лазаревич Межуев, листая свой календарь со списком дел на сентябрь, обнаружил заметку о том, что необходимо позвонить в МГУ по поводу Ленинской стипендии для Ивлева.
Нажав кнопку селектора, он попросил Таисию Григорьевну связать его с ректором МГУ. В ожидании соединения продумал, какую манеру разговора лучше использовать. Ректор всё же человек очень уважаемый, надо постараться как-то его случайно не обидеть в разговоре.
Таисия Григорьевна справилась со своей задачей быстро, и уже через три минуты он, сняв трубку, поздоровался с Зиминым:
— Василий Эрастович, добрый день, Межуев Владимир Лазаревич беспокоит.
— Добрый день, Владимир Лазоревич!